Есть на Земле очень интересная страна - Северная Корея. Мы о ней знаем, что там социализм, бедность и культ личности. Что бедные корейцы не знают, что такое компьютер, мобилка и прочие вещи, без которых невозможно выжить. Но есть одна любопытная деталь. Там, в Северной Корее, сохранилось нечто из нашего прошлого. Нечто доброе и милое.

Ниже предлагаю материал Ирины Маленко, позаимствованный отсюда:
http://left.ru/bib/malenko.phtml

Ирина Маленко
Корейские впечатления

Введение

Передать первые впечатления от пребывания в КНДР не так-то легко, в особенности потому что остается так мало времени - и сил!- после каждого весьма интенсивного дня культурной программы моего пребывания здесь. Давно уже мне не приходилось сталкиваться с такой насыщенной программой во время путешествий, - с советского еще времени! Тогда путешествия у нас тоже совершались не для того, чтобы до полусмерти упиться в другом городе или валяться весь день там на травке, а чтобы как можно больше нового узнать о незнакомых для тебя местах за короткое время твоего в них пребывания.

Я считаю себя ужасно везучей, что мне выпало посетить эту страну. Не каждому выпадает такая честь.

Когда я собиралась в эту поездку, то рассказала одной своей российской знакомой, что скоро поеду в Корею. «В нормальную или в Северную?»- спросила она, думая, наверно, что это очень смешно. Хотя что особенно смешного в том, что люди наши разучились уже сами думать и лишь как попки повторяют все услужливо переведенное для них из западной прессы нашими так называемыми журналистами?

Для меня эта страна - намного нормальнее любой американской полуколонии, в какой бы то ни было части света.

Разве это ненормально, когда чистые улицы? Что по ним безопасно можно ходить и днем и ночью? Что по вечерам их не оглашают пьяные вопли, а люди не писают в подворотнях? Что люди вполне могут быть счастливыми без баров, казино и борделей?

Разве ненормально, что все люди по утрам спокойно и с чувством собственного достоинства идут на работу, не боясь, что они окажутся ненужными из -за «реструктуризации»?

Разве ненормально, что в магазинах продают то, что нужно людям для жизни, а не всякие «прибамбасы», специально изобретаемые, чтобы выуживать из их карманов как можно больше денег, навязчиво предлагая им всякую ерунду, которая совсем не необходима для счастья? («Ах, я повешусь, если у меня не будет сотового последней модели!»)

Разве ненормально, что дети занимаются спортом, музыкой и рисованием и помогают взрослым - вместо того, чтобы побираться, мыть машины богатых дяденек или шататься по углам, нюхая клей, накачиваясь наркотой и упиваясь собственной «крутизной»? Разве ненормально, что дети, даже первоклашки, могут безопасно ходить самостоятельно в школу, не опасаясь охотящихся на них педофилов и пьяных лихачей на «Мерседесах» ? Разве ненормально, что дети ведут себя и одеваются как дети, а не как дешевые шлюшки из подворотни, и не стремятся поскорее с кем-нибудь переспать, чтобы «быть как все»? Когда по телевидению нет идиотских игр, рекламы и насилия с сексом?

Разве это ненормально - когда нет бездомных, а люди действительно не безразличны к участи друг друга? Когда не боишься, что не сможешь вовремя заплатить по счетам? Когда в магазинах продается произведенное в твоей собственной стране? И так можно продолжать до бесконечности....

Если вы действительно считаете, что все описанное выше ненормально, то в таком случае всему нашему обществу срочно надо на прием к психиатру.

В особенности - просто без очереди!- тем, кто с пеной у рта кричит, что общество, обладающее всем описанным выше, лишено какой-то мифической «свободы». Если ВСЕ ЭТО - не свобода, что тогда свобода? Возможность назвать президента идиотом? Право рассказывать даже тем, кого это совсем не интересует, о твоих сексуальных предпочтениях? Иметь возможность выбора из вещей и людей, которые на практике ничем существенным друг от друга не отличаются? Ну, и что дальше? Чего вы этим добьетесь, как для себя, так и для всего общества? Что, от этого станет меньше бездомных? Голодных? Умирающих от наркотиков и алкоголизма? Дети получат лучшее образование? Их ждет лучшее будущее? Больше станет рабочих мест? Меньше бросаемых в детдомах младенцев и одиноких заброшенных стариков? Не думаю...

Я человек не сентиментальный, даже жесткий. Но у меня буквально чуть не выступили слезы на глазах - хорошие, радостные слезы - от того, что я увидела в Пхеньяне. Тот, кто говорит, что это «бедная страна», не видел, что такое настоящая бедность. Пусть приезжает к нам в российскую глубинку, где старики роются в мусорных баках. Или в такие страны-члены цивилизованного Евросоюза, как Болгария и Румыния. Или даже в составную часть благополучного королевства Нидерланды - на остров Кюрасао.

Давно уже я не чувствовала себя такой спокойной и настолько расслабленной, как здесь, в КНДР. И на улицах я вижу здесь нормальных, хорошо одетых, скромных, работящих и довольных жизнью людей, которые любят и посмеяться хорошей шутке, и живут такой богатой культурной жизнью, которая недоступна большинству населения на Западе, и вообще ничем не напоминают тех фанатичных затюканных роботов, которыми их рисует западная пресса.

Ах этот Запад... ну да что с него взять! «Грешно смеяться над калекой». Он так многого не понимает в этом мире. Все, что ему не подчиняется, пугает его. Все, что не подпадает под заданные им шаблоны, ему кажется ненормальным. И действительно, ну как могут понять такую вещь, как уважение к президенту жители страны, чьи собственные президенты то занимаются на рабочем месте черт знает чем. с практикантками, то даже бублик сьесть не могут без того, чтобы им не подавиться?

А те туристы, которые говорят, как они чувствуют себя «ограниченными в свободе» или что им «скучно» в КНДР, пусть едут спокойненько куда-нибудь в Испанию или Турцию и напиваются там себе всласть до рвоты, если это единственное, что их развлекает. И пусть не засоряют эту прекрасную страну своим присуствием.

Часть 2. Страна что надо!
Многие достопримечательности КНДР были немного знакомы мне заочно - по страницам журнала «Корея сегодня», на который у меня когда-то была подписка. В Москве в годы моего студенчества был еще магазин «Книги стран социализма», а в нем - отдел корейских книг, где я приобрела тогда русские переводы классических корейских произведений «Море крови» и «Цветочница». Так что некоторые познания о том, что мне предстояло увидеть, у меня имелись.

Но реальность превзошла все мои ожидания. В свое время, рассматривая глянцевые фотографии в журнале, я думала, что, конечно же, наяву увиденное окажется не таким ярким, не таким ослепительно красивым - потому что такой красоты, как на журнальных картинках, просто не может быть в природе. Но уже в первый день пребывания в Пхеньяне, когда нас повезли на экскурисю в родной дом товарища Ким Ир Сена в Мангэнде, я поняла, что в этом я ошибалась!

Корея оказалась страной сногсшибательной, невероятной красоты. Причем не только природной. Здесь все, даже многоэтажные новостройки, каким-то образом умудряется существовать в гармонии с природой. И маленький, крытый соломой, аккуратный, утопающий в зелени домик Вождя был еще одним тому подтверждением.

В Мангэнде было полным-полно посетителей - школьники целыми классами, рабочие - трудовыми коллективами, военные - подразделениями. Женщины - в красивых разноцветных национальных платьях….

Музей произвел на меня большое впечатление. Пока мои менее знакомые с корейской историей спутники, ходя по залам, потихоньку привыкали к корейской терминологии адресования руководителей государства и к тому, как выражается в этой стране уважение к ним, я, слушая экскурсовода, начала наконец понимать то, чего не понимала в свое время о Корее в СССР. Нам, инфантильным избалованным, зачастую - единственным в семье детям брежневского времени трудно тогда было поверить в то, что человек уже в возрасте 13 лет может вести борьбу за освобождение родной страны. Несмотря даже на то, что мы знали о пионерах-героях в собственной стране, отдавших свои юные жизни в борьбе с фашистами. «В 13 лет - и уже боролся с японскими колонизаторами?» - недоверчиво морщились мы, считая это, мягко говоря, преувеличением.

А представим себе, что так оно и было!

Если все остальное, что я видела в этой стране вокруг меня, было именно таким, как описывается в книгах о социализме, который, как пытается внушить нам капиталистическая пропаганда, «не может существовать в природе»?

Если бы я побывала в Корее тогда, в своей юности, возможно, я не оценила бы многого из увиденного мною так, как я ценю это всем сердцем сейчас - потому что для нас тогда все это, - и спокойные улицы, и доброжелательные, отзывчивые люди, и отсутствие бездомных и нищих, и дети, которые ходят в школу вместо того, чтобы побираться в подземных переходах, - было само собой разумеющимся. Но все в сравнении познается…

И, взирая с высоты холма над Мангэнде на простирающийся перед нами до самого горизонта величавый Пхеньян, я чувствовала, как меня охватывают восхищение народом, сумевшим в такой маленькой стране сохранить все самое главное, все необходимое для достойной человеческой жизни - и стыд за свою собственную, огромную страну, обладающую всеми необходимыми ресурсами для создания такой жизни для всех нас, а превратившуюся в край непуганых Абрамовичей и Дерипасок, где торгуют женщинами и нефтью, где насилуют и убивают детей, где проводят конкурсы на «самую красивую попку» и перепродают сделанное китайцами и турками вместо того, чтобы самим работать, где старики медленно умирают раньше отведенного им срока от постоянного недоедания, а мужчины не доживают до пенсии, и население уменьшается на миллион человек в год...

Видно, контраст этот - потому, что корейским шахтерам не захотелось, как нашим в конце 80х, торговать углем «напрямую за валюту», а экскаваторщикам – «жить на капитал с акций»... И разве не правы корейцы, утверждая, что беда, случившаяся со странами Восточной Европы, произошла из-за того, как сильно у нас недооценивали значение формирования и воспитания нового человека, стремясь к одному лишь только «догнать- перегнать»? Ну, какое новое общество, скажите, могут построить люди, сочинившие:

«Вышла новая программа –
Ср**ть не меньше килограмма.
Жрать дают по 200 грамм,
Как же выср***ть килограмм?» - и мыслящие только соответствующими категориями - жрать да ср***ть?

После музея в Мангэнде мы посетили парк с аттракционами неподалеку от него (аттракционы - не такие «душераздирающие» как на Западе, где обязательно почему-то надо из людей страхом три души на них вытрясти, а такие, что на них приятно покататься людям любого возраста), улицу, сплошь застроенную предназначенными для самых различных видов спорта стадионами (здесь было полным-полно школьников и молодежи, направляющихся на тренировки - у нас я столько даже в лучшие годы не видела!), музей истории Кореи и музей изобразительного искусства... Везде, во всех музеях, было столько посетителей (местных, не туристов!), сколько я не видела ни в одном музее на Западе.

Вечером, за ужином, гостеприимные хозяева пели нам народные корейские песни.

На секунду я поймала себя на мысли, что вот так же, должно быть, чувствовали себя в свое время иностранные туристы в СССР. Один из моих спутников побывал в СССР в качестве туриста еще в 1979 году, и я поделилась с ним своими на этот счет мыслями. «Не все было так же», - ответил он. – «В СССР уже тогда чувствовался цинизм у многих, особенно у официальных лиц. Гиды наши не могли ответить толком на многие наши вопросы. Их интересовали нейлоновые чулки, а не что означает то или иное положение в партийных документах. А один из советских чиновников прямо обьяснил нам разницу между общественной и личной собственностью: «Смотрите, вот скамейка, на которой я сижу. Это общественная собственность, и мне на нее глубоко наплевать. А вот мой зонтик, которыи на скамейке лежит. Это моя личная собственность, и на него мне не наплевать». В СССР уже тогда чувствовалось внутреннее разложение. В Корее этого нет. Я много лет уже сюда езжу - и я вижу, что корейцы искренни, когда рассказывают о своем социализме и его достижениях. Наверно, именно поэтому людям в других странах их так трудно понять. И я рад, что ты теперь начинаешь понимать их лучше. Люди, которые могут по-настоящему вжиться в образ мышления корейцев и в их чувства, встречаются редко, и тем ценнее будут твои заметки об этой поездке».

После того, как увидишь КНДР своими глазами, смешно становится читать истеричные вопли посетивших ее «жруще-срущ***х» особей: «Нас возили только по специально отобранным обьектам!», «без гида никуда нельзя было пойти», «фотографировать можно было только изподтишка»! Даже в насыщенной культурной программе такие типы способны увидеть только подвох: «Это корейцы специально нас так много водят по всяким музеям - чтобы потом уже никаких сил не оставалось на то, чтобы самостоятельно бродить по городу!»

Во-первых, вы-то сами у себя дома наводите порядок прежде, чем пригласить в него гостей? Или предпочитаете оставить на их обозрение кучу немытой посуды, незастиланную постель и не смытый за собой унитаз?

Во-вторых, а что бы вы делали в незнакомом городе без гида и не зная языка? Шастали бы по подворотням в поисках чего-нибудь плохонького, что позволило бы вам наконец почувствовать себя и общество, в котором вы живете, не такими уж ущербными по сравнению с корейским?

Когда мы просили своих гидов показать нам то или иное место, или где-то остановиться для фотографирования, нам, как правило, безо всяких трудностей шли навстречу.

К горе-фотографам я еще вернусь в рассказе о журналистах, а пока скажу, что за почти 2 недели пребывания в КНДР был только один случай, когда нас попросили что-то не фотографировать. О том, что именно, и почему именно, я вам тоже расскажу далее.

Я увидела в КНДР вполне достаточно для себя, чтобы составить неплохое представление о тамошней жизни. Не будете же вы утверждать, что исключительно ради нас одели, обули и накормили всех прохожих вдоль дороги нашего следования, в том числе - в сельской местности, дав им при этом строгий приказ улыбаться, и что это именно ради нас не только в Пхеньяне, а и во всех городах и поселках, через которые мы проезжали, люди поддерживали на улицах чистоту и порядок?

Многие обычаи в Корее - совершенно другие, чем у нас. Другая еда, ни на что мне знакомое не похожая на вкус, подают которую в маленьких отдельных пиалах, которых на столе обязательно должно быть нечетное число (в отличие от китайской кухни, в корейской блюда приготовляются в основном не на масле, а на пару, плюс много соленостей, но не таких, как в русской кухне, а очень острых; рис часто подают отдельно, после основного блюда, и уже холодным, суп подают в конце обеда, а знаменитую корейскую лапшу из гречневой муки едят холодной); по-другому люди спят (на циновках на отапливаемом зимой снизу полу, с жестким соломенным валиком вместо подушки), по-другоми сидят за столом (на полу на циновках), по-другому устроены здешние дома (в традиционных домах вместо стекла в окнах была бумага, но сейчас такое можно встретить только в музее; отопление проведено из кухни под полами; обувь надо снимать у дверей снаружи, а порог дома находится на значительной высоте от земли; внутри дома для посещения ванной комнаты/туалета полагаются резиновые тапочки, которые стоят там у двери и опять снимаются с ног при возвращении в комнату), по-другому выражают свои чувства (здесь не принято так часто целоваться как у нас или в Европе, а верхом выражения хороших чувств в публичном месте является взять собеседника за руку и несколько секунд ее подержать; корейцы очень вежливы, в корейском языке, в отличае от нашего, в обращении есть не 2 ( на «ты» и на «Вы»), а 3 разные формы вежливости (младший - старшему или незнакомому, равные - друг другу и старший-младшему), и чаще всего употребляется самая высокая ее степень).

Если у этого народа такие отличные от наших обычаи и традиции, то почему мы не можем принять того, что и мыслят корейцы не так, как мы, а по-своему? И почему, вместо того, чтобы попытаться их понять, мы склонны посмеиваться, автоматически судя о них по себе, а об их лидерах - по лидерам нашим? Это примитивное, поверхностное суждение о людях отличной от европейской истории и культуры говорит многое, но не о корейцах, а о нас самих. Не надо уподобляться американцам, во всех меню во всех странах ищущим, а «который здесь гамбургер?»!...

На второй день мы посетили Мавзолей Ким Ир Сена - Мемориальный Дворец Кумсусан. Раньше это было здание, в котором работало корейское правительство, но после кончины лидера корейской Революции было решено оставить это здание для него, а правительство перенесло свои офисы в другое, новое здание. В Корее практически все имеет какой-либо символический смысл, в гораздо более глубокой степени, чем в нашей культуре, и в данном случае символизм заключается в том, что Ким Ир Сен, по-прежнему настолько живой в памяти корейского народа, как будто все еще работает у себя в кабинете, в этом впечатляющем здании. И будет работать вечно.

Мавзолей, поэтому, естественно, намного больше ленинского. В отличие от Китая или нашей страны, для того, чтобы его посетить, необходимо быть занесенными в список и прийти строго ко времени. Внутри полагается идти медленно, размеренным шагом. Сначала немного непонятно, а где же именно находится Ким Ир Сен - проходишь через комнаты с его статуей, с картинами с его изображением, через Зал Слез, где запечатлена скорбь корейского народа, узнавшего о его кончине. И только потом уже оказываешься в комнате, где покоится сам первый Президент Страны Утренней Свежести... Покрытыи начиная с пояса красным полотном, товарищ Ким Ир Сен, о котором я столько читала в детстве и в юности, действительно выглядит как живой. У него спокойное, уверенное выражение лица. Люди подходят к его гробу небольшими шеренгами в 4-5 человек и склоняют в знак почтения головы. За стенами зала с телом товарища Ким Ир Сена находится зал, где можно сделать запись в книге для посетителей. Гиды тут же переводят написанное вами на корейский язык.

Из Мавзолея мы направились на мемориальное кладбище революционеров на горе Десон. И здесь место для захоронения героев было выбрано символическое - с высоты они, кажется, наблюдают за городом, словно оберегают его жителей и видят, как строится на их Родине новое общество, за которое отдали они свои жизни.... Товарищ Ким Ир Сен покоится напротив и тоже как бы видит своих соратников по борьбе. Бронзовые памятники на кладбище воспроизводят лица реальных героев. У каждого из них имеется своя история, и наш гид рассказывает нам несколько. Вот - молодая женщина-партизанка, оставившая 2-летнего ребенка бабушке, уйдя в партизанский отряд, которая погибла в японских застенках. А вот - бабушка, отдавшая всех своих сыновей Революции... А вот - и мать нынешнего лидера КНДР, товарища Ким Чен Ира, Ким Чжон Сук, умершая совсем молодой, в возрасте 32 лет (ему тогда было всего 7 лет)…

Мы успеваем за тот же день побывать еще в ботаническом саду, в консерватории имени Ким Вон Кюна и - в пхеньянском метро, которое, хотя и меньше московского по протяженности, по красоте не уступает ему. Здесь всего 2 линии, перекрещающиеся друг с другом, а станции называются красивыми, гордыми именами вроде «Победа» или «Процветание»...

...Вечером в отеле меня опять приятно поразила тишина. Единственными «громогласными», не считающимися с другими гостями, постояльцами были американские корейцы. Ну да, как говорил Карлсон, который живет на крыше, «от некоторых людей нельзя требовать слишком многого»...

В лобби отеля работающий в нем персонал вместе с постояльцами смотрел телевизор. Местное телевидение - всего 1 канал (но меня это даже порадовало; всякого рода теле-дрянь, в особенности реклама, мне давно дома надоела!) Показывают в КНДР в основном корейские художественные фильмы (народ смотрит их с неподдельным удовольствием, сама видела!), концерты (в том числе иностранных музыкантов, посетивших страну), новости. Новости похожи на наши советского времени - героями в этой стране являются не бандиты и сутенеры с их постоянными «разборками», не «магнаты» с их новыми покупками и не «примадонны»с их вульгарными «тусовками», а рабочие, крестьяне, солдаты, дети...

И от этого так хорошо стало на душе. Нет, эта Корея - страна что надо!

Часть 3. Кукуруза в человеческий рост
...За окном автобуса хлещет проливной дождь. Он начался еще вчера вечером и лил, не переставая, всю ночь: недаром июль и август в Корее - это сезон дождей. А мы сегодня едем в корейский совхоз «Ренгбан» в деревушке уезда Ончон неподалеку от западного побережья КНДР.

Начнем с того, что совхоз этот - самый обыкновенный, а не какой-то образцово-показательный. Мои спутники по поездке в КНДР, бельгийские коммунисты и профсоюзные активисты, несколько лет назад взяли над ним шефство. Дело в том, что Ончон находится в зоне, наиболее пострадавшей от катастрофических наводнений, последовавших за тайфуном, пронесшимся над КНДР в 1997 году. Как раз в тех местах, где, согласно западной прессе, люди «умирают от голода» и «есть случаи каннибализма».

«Мы побывали здесь вскоре после случившейся природной катастрофы», - вспоминает мой спутник Жеф Боссаут. – «Видели рисовые поля, затопленные соленой морской водой, рис на которых был обречен. Но никто не умирал здесь от голода - здесь не тот общественныи строй, чтобы вот так просто позволить людям умереть! Потом мы приезжали сюда еще раз - в то время, когда наша пресса продолжала описывать ужасы «голода в Корее». Вернувшись домой, я в интервью честно рассказал о том, что видел здесь своими глазами. Видели бы вы, какую истерику подняли наши средства массовой информации! «Боссаут смеет утверждать, что в Корее кукуруза - в человеческий рост, а рисовые поля зеленеют!» Даже вызвали меня в мой профсоюз на работе, чтобы сделать мне внушение за «прокорейскую пропаганду». Когда я показал им фотографии, замолчали...»

Я взглянула за окно нашего автобуса. Рисовые поля действительно зеленели, а кукуруза действительно была в рост человека и даже выше. Естественно, никто из писак, вопивших об «ужасах северокорейского голода», сам в этой стране побывать не удосужился...

Вдоль дороги, даже в самых глухих местах, были высажены цветы. А вдоль полей росла местами гигантская конопля - и никто не обращал на нее внимания. Мама рассказывала мне, что в ее детстве у нас в России она тоже росла повсюду, ее семенами кормили птиц - и никто не подозревал, что это наркотик, и что ее можно использовать для подобных целей. И здесь, в Корее была та же советская невинность людей, которая меня так подкупала. Люди были такими привлекательными - своей простотой, естественностью, скромностью, трудолюбием... Казалось, они жили единой жизнью с окружающей их природой. В чистых реках здесь можно и купаться, и мыться, и даже стирать одежду при необходимости. Дороги не безупречны, но во всяком случае, лучше провинциальных российских. И машин достаточно, но не через край; что такое автомобильная пробка, здесь людям, к счастью, неведомо....


Ребятишки, с удовольствием бродившие по лужам, махали нашему автобусу рукой. По деревенским улицам вместе с ними бегали собаки, на которых никто не бросался, «чтобы их сьесть». А крестьяне, работавшие в поле, пользуясь небольшой паузой в дожде, присели позавтракать прямо на железнодорожных рельсах (там было более-менее сухо, по сравнению с рисовыми полями, а поезда здесь ходят редко, и такое сидение на рельсах можно встретить часто. Теперь я поняла, почему поезд, проезжая по Корее, так часто издает предупредительные гудки! И еще вспомнилось мне увиденное в интернете фото девушки, отдыхающей вот так же на рельсах - с подписью под ним «бездомная девушка в Северной Корее»... Сами вы бездомные, господа продажные писаки!)

...Директор совхоза, сильный мускулистый мужчина выского роста с загорелым бронзовым лицом энергично трясет наши ладони в рукопожатьи своими мозолистыми трудовыми руками Совхозники встретили нас как старых друзей. И немудрено - это уже 4-ый визит сюда моих бельгийских товарищей. Здесь их хорошо знают и помнят.. Они помогли совхозу в приобретении компьютеров, материалов для местной школы и многого другого - и сейчас тоже приехали не с пустыми руками. Продолжают бельгийцы и сбор средств на покупку для совхоза нового белорусского трактора. Хотя в совхозе имеется 38 тракторов, тракторный парк частично устарел, и необходимы новые машины.

В совхозе насчитывается около 3500 жителей. Он был создан в 1974 году на землях, отвоеванных у моря в результате строителства Западноморского гидрокомплекса, отгородившего море от побережья, до которого отсюда всего 10 километров. Выращивают в совхозе в основном рис - начиная с этого года он обеспечивает все окрестные кооперативы семенным материалом. В результате наводнения 1997 года пострадали не только рисовые посевы, но и сама деревня: дома были разрушены, все пришлось восстанавливать. Почву, засоренную морской солью, пришлось промывать речной водой. Однако никакие трудности не остановили трудолюбивых корейских крестьян, которым из-за нехватки горючего в связи с наложенными на КНДР экономическими санкциями приходится зачастую каждое утро добираться на работу в поля за многие километры пешком или на велосипедах. И сегодня поселок восстановлен и выглядит так, что любо-дорого посмотреть!

Здесь имеется собственная амбулатория, с аптекой, родильным отделением и изолятором для больных и работают 5 врачей, а также зубной врач и акушерка. И это - на всего 3500 человек! Имеются свой детский сад и средняя школа. Мы посетили все эти заведения, и я не могла опять-таки не сравнить увиденное на селе в Корее с российскими селами - с давно уже, еще с 70-х годов заброшенными, покинутыми людьми нашими деревнями, где зачастую и магазина-то нет, а не то, чтобы детского сада или больницы.

Какой контраст с КНДР!

Здесь действительно делается все возможное, чтобы создать труженикам села нормальные условия для жизни и работы, чтобы не приходилось за всем ездить в город. Главная улица села вымощена, да и на боковых улочках нет такой непролазной грязи, как в деревнях российских.

Детский сад совхоза потряс меня чистотой и порядком, а корейские дети - своими музыкальными талантами. Дети произвели на нас совершенно неизгладимое впечатление. Когда перед нами выступали их ровесники в столице, мы думали, что, возможно, перед нами какие-то особенно одаренные дети. Но оказалось, что даже в отдаленной от Пхеньяна деревушке они такие же талантливые, а их образованию и развитию уделяется такое же внимание, как в лучших детских садах столицы! После того, как перед нами выступили дети, их воспитательницы решили тоже от них не отставать - и спели для нас хором песню под аккордеон

В школу мы попали во время обеденного перерыва. На обед дети ходят домой, оставляя при этом в школе свои портфели. Не знаю, как вас, а меня это тоже поразило, потому что не могу себе представить, чтобы еще даже в 70е годы в СССР можно было вот так, спокойно оставить в школе свои вещи и куда-то отлучиться... На стене классов висели доски почета, причем с указанием не только на отличников: все ученики класса были распределены по местам, согласно их успеваемости. Не очень-то приятно кому-то быть в классе последним, но зато есть хороший стимул подтянуться....

Одна из женщин в нашей группе - по профессии учительница, и она привезла в школу много учебных материалов, авторучек, карандашей, фломастеров... Ее, естественно, очень интересовала здешняя учебная программа. По ее словам, программа по математике и другим точным наукам здесь намного превосходит по сложности преподаваемое для детей такого же возраста в бельгийских школах. Меня, знакомую с системами образования в СССР и в западных странах, это нисколько не удивило. Удивило другое - на столе я заметила учебник, который, по словам нашего гида, в переводе именовался «Основы морали, этики и поведения в обществе». И это - для 3-4 классов средней школы! Может быть, таким ранним обучением данному предмету и можно обьяснить примерное поведение корейских школьников и их самодисциплину, которой западные школьные учителя (и все общество в целом!) могут только позавидовать?

Потом крестьяне пригласили нас к себе на обед - на стол были поданы не только традиционные корейские кушанья, но и персики, арбузы, дыни и прочие фрукты и овощи, выращенные ими самими. Оказывается, корейцы едят помидоры не с солью, как мы, а с сахаром!

Из 3500 жителей поселка работой на полях занято около 1000 человек. Работа в полях ведется бригадами в 10-12 человек, на каждую бригаду выделяется около 10 гектаров полей. Директор ежегодно избирается на крестьянском совете; он должен для этого получить не менее 60% голосов. План работы совхоза составляется совместно директором, секретарем парткома и главным агрономом и обсуждается до его принятия со всеми совхозниками. Совхозники получают вечернее сельскохозяйственное образование. На помощь в уборке урожая в совхоз приезжают рабочие, студенты и солдаты из городов, как это было и у нас в советское время. Жилье и электричество предоставляется совхозникам государством, дом они могут передать своим детям по наследству. За хорошую работу они получают премию.

Двое из моих спутников, побывавшие практически на всех континентах, в КНДР оказались впервые - и смотрели на все, широко раскрыв глаза. «Дома нам постоянно твердят, какая эта нищая страна. Какая нищета, что вы?! Вот в Уганде, где у людей вообще ничего, совершенно ничего нет - это нищета! А здесь, смотрите - все хорошо одетые, сытые, дети все ходят в школу, больницы прекрасные... Если бы у угандийцев была возможность выбрать такую жизнь, уверен, что они бы были только счастливы!» - сказал мне с восхищенным удивлением в голосе один из них. «Да и 80% россиян, пожалуй, тоже!»- подумалось мне.

Все на этой земле шло своим чередом - трудились на полях крестьяне и солдаты, шли по домам после учебного дня школьники... И так хорошо, так радостно было видеть все это!

Я заметила, что рядовой западный турист подсознательно обычно едет в другие страны чтобы убедиться в том, что «а у нас лучше», «ой, сколько у меня всего есть по сравнению с ними» - и радоваться этому. Ему это нужно для самоутверждения, как певцу Кобзону - накладка на лысой голове. Видно, иначе радоваться, без того, чтобы насмотреться на чужие злоключения (а еще ему приятнее, когда у него просят милостыню, хотя на словах он может это и отрицать!), у него не получается - нечему. И для таких туристов Корея окажется как холодный душ. Да, «у них» нет «Мерседесов» последней марки или мобильников - но этого для такого туриста недостаточно, чтобы вновь испытать привычный короткий оргазм при мысли о собственных вещевых запасах дома. Потому что здесь он нутром почует, что для этих людей его «сокровища» - не главное, что ему здесь не завидуют. И от этого его радость меркнет на глазах.

«Когда наши корейские знакомые побывали у нас на Западе, мы, признаемся, подумали: «Ну, они точно попросят у нас в стране политического убежища, когда увидят все, что у нас здесь есть! Грузинские коммунисты так в свое время и сделали. А корейцы наши - молодые, образованные, языки знают, здесь не пропадут!” И каково же было наше удивление, когда они были в совершенном ужасе от увиденного и не могли дождаться, когда вернутся домой! «Улицы здесь грязные, по ночам шум, вокруг какие-то пьяные, наркоманы, женщины собой торгуют... Как вы можете жить в таких условиях?» И мы не нашлись, что им ответить... Магазины на них впечатления не произвели!», - рассказали мне мои спутники.

Без комментариев...

...Дождь тем временем наконец-то прекратился, хотя небо оставалось облачным. Мы сердечно попрощались с гостеприимными хозяевами и отправились обратно в Пхеньян - через город Нампо и посетив на обратной дороге Западноморскую плотину, сделавшую возможным земледелие в этих местах.


На прощание крестьяне приглашали нас приехать к ним снова на следующий год. «Посмотрите, как мы отстроим деревню! Еще краше будет!» И я верю, что так оно и будет.

...До следующего года, гостеприимные крестьяне Ренгбана!

Часть 4. Молодежь страны чучхе и сонгун
“Количество детей в музее просто поражает. У нас все это отмерло напрочь. Кроме Путина дети вообще не знают ничего. Спроси у них, какие были у нас великие деятели - никого не назовут, потому что это им не интересно и потому что уважения нет ни к кому...” (комментарий россиянки)

«Если дереву позволить расти самому по себе, и оно начнет расти криво, то потом его не распрямишь» (корейская пословица)

... Человек начинается с детства. Детские сады в Корее носят имена революционеров. У нас в Северной Ирландии же они именуются «Маленькие мошенники» или «Озорные херувимы». Наверно, поэтому и вырастают из них «херувимы», развлекающиеся уже лет с 10-12-и разбиванием чужих окон, нюханьем клея, угоном машин с последующим их ритуальным сжиганием, издевательствами над одноклассниками («happy slapping” и “bullying”) и над животными (вплоть до их повешения или до натравливания своих собак на котов) и, конечно же, любимым времяпровождением североирландской молодежи, именующимся красивым выражением «recreational rioting”(это когда для забавы вызывают «скорую помощь» или пожарную бригаду - чтобы забросать медиков и пожарных камнями и прочими тяжелыми предметами). А «маленькие мошенники» быстро вырастают в длинных акселератов, которых занимают только пиво, наркотики и сигареты - и зажимание где-нибудь в кустах себе подобных акселераток, со всеми естественно вытекающими отсюда последствиями. Вот и сейчас, я пишу эти строки, а мимо окна проходит «на культурный отдых» группа здешних подростков, парни и девушки лет по 15. За плечами у каждого - рюкзак, из которого раздается веселый звон полных пивных бутылок.... Другой жизни подавляющее большинство здешней молодежи уже просто не способно себе представить.

Корейцы себе тоже не могут представить. Такого безобразия. К счастью, не могут. Когда я рассказывала им о «милых шалостях» молодого ирландского поколения - детей «кельтского тигра» и «мирного процесса», у моих корейских знакомых вытягивались лица. «У нас такое совершенно невозможно. И что, их никто не останавливает?» Нет, никто. Родителям не до них, они только рады, что дети на улице и не мешают им смотреть сериалы и пить пиво, полиция «ничего не может сделать по закону» (вот если бы «херувимы» совершали свои хулиганства против государства или в отношении имущества какого-нибудь из 33.000 ирландских миллионеров, тогда и законы бы сразу нашлись!), а политики ограничиваются слезными призывами с экранов телевизоров к горе-родителям, чтобы те «хотя бы знали, где находятся их дети и чем они занимаются». Круг замкнулся.

...У нас в Советском Союзе говорили, что в нашей стране имеется единственный привилегированный класс - дети. В КНДР их называют «цветами нации и человечества» и «королями и королевами страны». То, что я увидела в Корее – это именно подлинная забота о детях - будущем страны. И в этом-то вся и разница: в западных «цивилизованных» странах (и-в-примкнувших-к-ним восточноевропейских осваивателях «общечеловеческих ценностей») на новое поколение государству, по существу, глубоко наплевать. Ну, кто-то сопьется или умрет в 15-17 лет от удара ножа или надышавшись клея, или разобьется на угнанной им машине... Подумаешь! Надо будет, завезем гастарбайдеров из Польши, Литвы и Филиппин. Уже готовеньких, с образованием. А на этих отечественных «херувимов» еще тратиться надо... Кто это будет создавать для них клубы и кружки в достаточных количествах и такие, чтобы всем были по карману - когда эти деньги можно куда-нибудь «выгодно вложить», например, в военные заказы?

А вот послушайте, как рассуждают на этот счет корейцы: «Не ставьте на первое место рентабельность, если дело касается народа!» (Чо Сон Бек, «Философия руководства Ким Чен Ира»,1999, с.149) . И баста.

И это - не пустые слова.

Начинается все еще в роддоме. Даже в сельских клиниках имеются достаточно хорошо оборудованные, хотя и небольшие, родильные отделения, с соответствующим специализированным медицинским персоналом. В Пхеньяне мы посетили Дом Материнства, построенный в 1980 году. Комплекс состоит из 6 зданий, главное из которых - в 13 этажей. По форме оно напоминает мать, обнимающую ребенка 2 руками. Входят в комплекс и парк с фонтаном. Во всех помещениях для пациенток установлены и работают кондиционеры. Здесь находится не только непосредственно родильный дом, но и, например, стоматологическое отделение, где будущим мамам лечат зубы. В холле главного здания пол выложен драгоценными и полудрагоценными камнями. Во всех кабинетах имеется самая новейшая медицинская аппаратура. Чистота кругом стерильная: посетителям выдают тапочки и халаты, к новорожденным посетителей не допускают, из соображений гигиены, но родственники имеют возможность увидеть их и переговариваться с новоявленными мамами с помощью специального видеофона. Какой контраст с западными больницами, в которых чуть ли не весь день бродят по палатам орды зачастую чихающих и кашляющих громогласных родственников и знакомых в грязных ботинках, не считающихся с тем, что пациентам нужен покой - и чистота. А потом носятся по палатам репортеры с криками: «В наших больницах опять распространяется метицилино-устойчивый золотистый стафилококк!»... Бич больниц в Британии - тамошняя «экономящая финансовые средства» система, при которой уборка помещений отдана в руки аутсорсинговых фирм - так дешевле! Грязь при этом зачастую остается на местах, особенно в туалетах, так как следить за качеством уборки некому, а персоналу аутсорсинговых фирм надо убраться поскорее и спешить в какое-нибудь другое место. Инфекции при такой «чистоте» неизбежны. Бывают и смертельные исходы, вызванные такой «экономией» - у больных, уже успешно прошедших операцию.

В корейских больницах - кристальная чистота. Вся медицинская помощь, включая горячее питание - бесплатно. Более того, государство создало специальный центр для снабжения роддомов наиболее питательными продуктами. В палате для рожениц - всего 2 женщины, каждая палата оборудована отдельным душем и туалетом. «А как же это - посетителям сюда не полагается, а нас на экскурсию пустили?» - не выдержал кто-то из нашей группы. Ответ поступил незамедлительно: «Не беспокойтесь, мы после вас сразу же все продезинфицируем!»

Особая забота оказывается матерям тройняшек. Для них выделена отдельная палата, а тройняшки получают подарки от государства: одежду, одеяла, а также продукты питания, когда они подрастут, и даже материал на свадебные костюмы в будущем! До 8-летнего возраста на них выплачивается особое пособие, а также можно отдать их, при желании родителей в круглосуточные бесплатные ясли, пока они маленькие. От руководителей государства тройняшки тоже получают подарки: мальчики- серебряный меч, а девочки - кольцо.

Корейская народная пословица гласит, что привычка, приобретенная в 3 года, сохраняется до 80-летнего возраста. Именно поэтому такое большое внимание здесь уделяется воспитанию самых маленьких.

Ясли и детские сады в Корее - для детей 1-4 лет. Детские сады, как и у нас в СССР, имеются при фабриках, заводах, в колхозах, причем во всех этих случаях они располагаются в соседнем помещении, так что мама в любой момент, во время обеденного перерыва может забежать туда и убедиться, что с ее чадом все в порядке. При желании родителей, можно отдать ребенка с 2 до 4 лет в круглосуточный 5-дневный детский сад, причем все это совершенно бесплатно.

Пятидневные детские сады создан в основном для удобства матерей, у которых ненормированный рабочий день - журналисток, партийных работниц, учительниц.
Мы побывали в одном таком 5-дневном детском саду. На 100 детей там имеются 5 врачей, при детском саде есть своя клиника - на случай, если ребенок заболеет, и его надо будет изолировать. Имеются бассейн, различные игровые комнаты, музыкальные инструменты, столовая, спальни, ванные, детская площадка с аттракционами и - комната революционной славы. Сидящие на маленьких стульчиках вокруг стола с макетом родного дома т. Ким Ир Сена в Мангэнде дети бойко рассказывали нам (через переводчика, конечно!) революционные истории. «Для того, чтобы вырасти настоящим коммунистом, необходимо получать соответствующее хорошее образование с раннего детства», - говорят корейцы. Вспоминая собственное советское детство 70-х и сравнивая его с увиденным в Корее, я считаю теперь, что политическое воспитание молодого поколения у нас в то время начиналось слишком поздно. До начальных классов мы не знали практически почти ничего ни о политическом строе нашей страны, ни о ее истории, ни о Революции. И даже о Ленине знали только то, что он – «дедушка». Ну, и что хорошего из нас выросло? Поколение, продавшее родную страну за бутылку «Пепси»?

Большое внимание уделяется в корейском детском саду прививанию навыков жизни в коллективе, умению считаться с другими людьми и помогать им, прививанию любви к родной стране и языку, хорошим манерам и поведению. Корейские дети - не только детсадовцы, а всех возрастов - с самого первого дня поразили нас своим культурным поведением в общественных местах и дисциплинированностью в самом хорошем смысле этого слова: практически каждый день мы видели на улицах классы школьников, направляющихся куда-то на экскурсию, или на репетицию массовых гимнастических выступлений на стадионе - и никогда не было, чтобы кто-то громко вопил, дергал кого-то за волосы, дрался, бросал что-либо на землю: одним словом, того, как обычно ведут себя подростки в «цивилизованных» странах (и в Китае уже тоже!). При этом корейские дети вовсе не какие-то запуганные роботы, они оживленно беседуют друг с другом, улыбаются, машут нам руками. Просто благодаря тому, что их правильно воспитали с раннего детства, у них отпало само желание хулиганить. Они не знают, что это такое; не видят в этом ничего для себя привлекательного. Эх, отправить бы сюда на выучку все молодое население моего ирландского городка!

Система образования в КНДР - обязательная бесплатная 11-летка (10 лет школы + 1 год дошкольного подготовительного образования) - с 1972 года. Школы создаются там, где есть дети - вне зависимости от того, много их или мало - даже на острове, где живет только семья смотрителя маяка. (Какой контраст с Северной Ирландией, где я проживаю - британские власти намерены закрыть здесь сотни школ (все начальные школы, где менее 140 учеников и все средние школы, где менее 500 учеников)! И это при том, что население Северной Ирландии- всего полтора миллиона человек, а КНДР - 22,5 миллиона.

По словам товарища Ким Ир Сена, «если обязательное образование не бесплатно, на практике оно никогда не сможет стать обязательным». Учебники, форма, различные культпоходы - все это в КНДР бесплатно и предоставляется государством. Учебный день в школах обычно состоит из 2 половин - собственно уроки, а после обеда - внеклассное обучение (различные кружки, спортивные, музыкальные, изобразительного искусства, исследовательские - в зависимости от интересов и талантов школьников, и т.д.) . Как и у нас в СССР в свое время, в КНДР существует хорошо развитая система летних лагерей - но не только для школьников, а и для студентов. Популярны лагеря, расположенные в горах и на побережье моря. Есть и международный детский лагерь, подобный нашему Артеку.

Во время нашей поездки по КНДР мы посетили несколько средних школ, консерваторию, различные библиотеки, в том числе - библиотеку Народного Дворца Учебы и новую, недавно открытую электронную библиотеку, где нам, среди прочего, продемонстрировали созданную корейскими программистами операционную систему, используемую в КНДР наряду с микрософтовской Windows . Называется она «Красная звезда». Все крупные учебные заведения и библиотеки КНДР соединены между собой Интранетом. В одном из лингафонных кабинетов библиотеки Народного Дворца Учебы мы попали на урок русского языка - и мне неожиданно даже довелось услышать комплимент на русском языке в адрес наших женщин от одного из корейских студентов: «Русские девушки очень красивые!»

Народный Дворец Учебы - это не просто библиотека. Здесь можно прослушивать лекции на расстоянии (видео-лекции), с помощью специально оборудованного телевизорами учебного зала. Также при Дворце работает большая группа переводчиков, имеется огромная коллекция звукозаписей из различных стран. Мне дали послушать диск с русскими народными песнями в исполнении Надежды Кадышевой.

Пользование всем этим культурным богатством для всех граждан КНДР - тоже совершенно бесплатное. Многие люди здесь продолжают учиться всю жизнь - в том числе на вечерних факультетах и заочно.

...Всем известно, что в Корее охотно демонстрируют посещающим ее иностранцам, какие здесь талантливые, артистичные и спортивные дети. Практически невозможно посетить эту страну без того, чтобы стать свидетелем, например, детского концерта. «Ну, это, конечно, только в столице такое бывает! Здесь отбирают самых талантливых и создают для них все условия!»- говорят циничные иностранцы, задетые за живое тем, что дети в этой маленькой «бедной» стране легко декламируют стихи, танцуют, поют, играют на музыкальных инструментах, рисуют или занимаются акробатикой в таком возрасте, в котором их собственные «цивилизованные» дети еще ходят в памперсах и с соской во рту и едва только начинают говорить (я не преувеличиваю, это действительно так!)

Но, как оказалось, циничные иностранцы ошибались. В сельском детском саду дети встретили нас такой же красочной и разнообразной программой, как и в столице. И по уровню своего развития сельские дети ничуть столичным не уступали! Но больше всего западных гостей поразило то, что детей в Корее учат доверять людям. Там , откуда они приехали, детям сейчас уже стало опасно просто играть на улицах, а уж о том, чтобы доверять незнакомцам, не может быть и речи. Даже на коленях у Деда Мороза на рождественские праздники теперь сидеть нельзя: есть шанс, что Дед Мороз - переодетый педофил... Грустная картина современной «цивилизации», приобщить КНДР к которой так мечтают Буш & Co. ....
Самым потрясающим из связанных с детьми мест, посещенных нами в Корее, был, конечно же, знаменитый Детский Дворец в Мангэнде (у нас бы его назвали Дворцом Пионеров). Это действительно Дворец - в полном смысле слова! У входа в него высится «Цветочная повозка счастья», бронзовая скульптура, изображающая счастливое детство корейских ребят. Повозка, запряженная 2 лошадьми, в которой раньше разъезжали только короли, везет в себе 11 детей, символизирующих (в Корее все символизирует что-нибудь, здесь ничего просто так не делается!) 11-летнее обязательное всеобщее образование. К зданию примыкает огромный крытый бассейн. Дворец состоит из 6 восьмиэтажных зданий, с несколькими сотнями залов для занятий самыми различными интересными делами - от игры на национальном музыкальном инструменте каягым до художественной вышивки и таеквондо. Здесь же имеется зрительный зал на 2000 мест, каток для роликовых коньков и даже площадка для обучения автовождению. Ежедневно во Дворце занимаются 5000 детей, с ними работают 500 преподавателей. Занятия бесплатны и открыты для всех желающих.

Мы прошлись по различным залам, поражаясь таланту и трудолюбию корейских детей. А потом они выступили перед нами с неповторимым концертом, который трудно даже описать словами. Поэтому я лучше отошлю читателей к сделанным на нем фотографиям.

Я верю, что у Революции КНДР есть прочное будущее - потому что я имела возможность увидеть, как в этой стране воспитывают детей. И какие в ней растут дети.

Дело в том, что здесь, в отличие от нашей страны и от Китая, нет разрыва поколений. Наверно, потому, что детей здесь воспитывают в духе подлинного уважения к старшему поколению революции, подарившему им такое детство. «Развал социалистических стран Восточной Европы красноречиво свидетельствует о том, насколько важен и серьезен вопрос об уважении предшествующего поколения революционеров»,- пишет Чо Сон Бэк в своей книге «Философия руководства Ким Чен Ира», - «В прошлом в ряде социалистических стран оппортунисты и политические спекулянты, пробравшиеся в руководство партии и государства, совершили вероломство: облили грязью революционеров - предшественников и растоптали их заслуги. Это привело к дискредитации революционеров старшего поколения, очернению облика социализма, а в конечном счете - к развалу самого социалистического строя. Из этого явствует, что выработка верного взгляда на старшее поколение революционеров является делом исключительной важности, касающимся судьбы революции и развития социалистического движения». (с. 264-265)

И сам товарищ Ким Чен Ир показывает пример такого поведения. С точки зрения обывателя горбачевского типа, казалось бы, что проще: начни себе «демократические рыночные реформы» после смерти твоего предшественника - и открывай себе счета в швейцарских банках и покупай виллы на французской Ривьере! Но руководитель Кореи - не Горбачев и не Ельцин. Он - настоящий коммунист. После кончины Президента Ким Ир Сена «Полководец Ким Чен Ир провозгласил на весь мир: «Нельзя надеяться, что я изменюсь!» (там же, с. 271)

И это так прекрасно - что на свете есть еще такие люди, и есть страна, где слово «бескомпромиссный» по-прежнему означает положительное человеческое качество!

У нас в России модное словечко «консенсус» ныне заменило то, что раньше именовалось просто и по-русски «беспринципность». У корейской молодежи есть перед глазами живой пример принципиальности и уважения к завоеваниям дедов и отцов. А на кого равняться молодежи российской, если наш «гарант» сегодня произносит пламенные антиимпериалистические речи, возвращая молодым россиянам растоптанное «демократами» чувство гордости за свою историю, за свою страну - а назавтра за дружеской рыбалкой с современным палачом человечества «на блюдечке» преподносит ему естественных и традиционных союзников России, исходя исключительно из сиюминутной выгоды? Я бы с таким в разведку не пошла...

... Западные гости смотрели на сцену все полтора часа на одном дыхании, не отрывая глаз: так высок был профессионализм корейских школьников, многие из которых были не старше 8-9 лет. А потом, когда в конце представления они вышли на поклон, а на заднем фоне вдруг появился огромный портрет товарища Ким Чен Ира, окруженного цветами, такой натуральный, словно это сам он стоял перед нами, я вдруг увидела, как бурно зааплодировала ему одна из гостей, которой еще вчера казалась довольно скучной «вся эта говорильня о Любимом Руководителе». На глазах у нее стояли слезы. «Вот и еще один человек «попался на удочку северокорейской пропаганды»! - улыбнулась я.

Часть 5. О независимости и о низкопоклонстве
«Человек, заразившийся низкопоклонством, перестает адекватно воспринимать реальность».

… Я просыпаюсь рано - от пения птиц, лая собаки и негромкого разговора на корейском языке за окном: судя по всему, людей, которые вышли обрабатывать огород. Вчера я оставила окно - затянутое по традиции бумагой вместо стекла - открытым, и через него до меня доносится журчание реки и все эти остальные, такие мирные, такие домашние звуки. На дворе - 6:30 утра, воскресенье...

Я потягиваюсь и переворачиваюсь на другой бок. Под толстым одеялом тепло. Вчера я никак не могла поверить, что смогу заснуть на такой постели, когда я ее первый раз увидела…Корейцы традиционно спят на полу, на соломенной циновке, а под голову кладут соломенный же твердый валик. Этот валик своим видом меня вчера особенно «напугал», но после долгой дороги и ужина я так устала, что просто свалилась на пол и через 10 минут уже спала. И валик, несмотря на свою твердость, оказался вполне удобным! После него даже шея не болела, как после многих наших подушек.

...Мы приехали в Этнографическую гостиницу в Кэсоне в субботу вечером, когда уже стемнело, и сразу столкнулись с повседневной экономической реальностью КНДР - перебоями в снабжении электричеством. Местные жители относятся к этому по-философски: например, выходя вечером на улицу, берут с собой карманный фонарик. А тьма наступает действительно кромешная! Через некоторое время свет возвращается, потом опять гаснет. Очень трудно в темноте не споткнуться о высокие деревянные пороги на месте нашего ночлега. А местные жители где-то там, в темноте, весело переговариваются, идя по улицам. Кто-то даже негромко поет… И какие-то заплывшие жиром гады за рубежом еще будут решать, нужны ли этим неунывающим, трудолюбивым людям атомные электростанции??!

Этнографическая гостиница представляет собой старинный корейский городок в миниатюре, за высокими воротами. Вдоль небольшого ручья тянутся традиционные дома с крышами, похожими по форме на морские волны. Здесь иностранный гость может попробовать, что такое жить по-корейски.

Для избежания жары и влаги летом (и холода зимой?) деревянный пол в корейских традиционных домах построен над землей и не касается ее. А может быть, это и от змей предохраняет? Сама я змей в Корее не видела, но они здесь есть, и на них даже готовят вкусную спиртовую настойку: «Гадючный ликер», который, по словам корейцев, помогает от гипертонии, - крепостью в 60%! В каждой бутылке запечатана небольшая змейка). Порог дома тоже очень высокий, так просто не переступишь, приходится залезать. Обувь полагается оставлять на улице.

Дома построены кругом, внутри - небольшой дворик с колодцем и дерево. По традиции, в каждом из таких домиков живут члены одной большой семьи, несколько ее поколений - все рядом! Внутри дома комнаты разделены раздвижными дверями, затянутыми, как и окна, плотной, похожей на пергамент бумагой. Мебели почти нет, кроме кресел и сундука, в который на день убираются циновки, валики и одеяла. Около ванной комнаты стоят резиновые шлепанцы, которые полагается надевать, когда туда заходишь (часто полы в корейских ванных комнатах влажные или даже мокрые). Ванна заполнена до краев водой, на тот случай, если с ней будут перебои. В воде плавает ковшик (на случай, если понадобится смывать за собой в туалете). Такое чувство, что у корейцев предусмотрено все! Все кругом чистенькое, аккуратное. Жалко, что мне не удалось испытать на себе, как работает ондор - традиционная система отопления в корейских домах, через пол. Говорят, что пол нагревается до приятных 15 градусов, и что когда сидишь или спишь на таком полу, это предотвращает ревматизм. Но я приехала в Корею в неподходящее для этого время года…

За столом корейцы тоже сидят на полу (сам обеденный столик очень низенький). Мы без привычки все не знали, куда нам девать ноги. В конце концов не по-корейски спрятали их под стол. Когда работница отеля увидела, как мы мучаемся, она принесла нам несколько циновок-подушек и сложила их на полу для нас небольшой стопочкой - вместо сиденья. Корейская еда на вид почти вся выглядит как что-то сладкое, как десерт - а на поверку оказывается очень острой. Причем вкусы какие-то необычные, ни с чем из знакомой еды ее даже сравнить. Правда, у нас в России сейчас популярна так называемая «корейская капуста», но на вкус не сравнить ее с горячо любимой корейцами «кимчи» (наша - всего лишь слабое ей подражание). Когда корейские женщины в октябре заготавливают кимчи на зиму, они даже берут на работе на несколько дней отгулы специально для этого! Причем заготавливают ее все хозяйки сами - включая жен членов правительства, которые шинкуют капусту рядом с рядовыми жительницами Пхеньяна (об этом рассказано в книге прожившего в КНДР 7 лет британца Майкла Харрольда «Товарищи и чужаки», речь о которой у нас еще пойдет). Рис на корейский стол обычно подают отдельно от основных блюд - как у нас хлеб. А суп подается в конце обеда, причем лапшу (почти черную, из гречневой муки) едят холодной. Нам, как иностранцам, подают кофе (сами корейцы к нему непривычны).

В Кэсоне довелось нам попробовать и знаменитый кэсонский женьшень (который, по словам медиков, помогает даже от рака и радиации) отваренный в меде. Тоже вкус весьма своеобразный! Женьшень в Кэсоне такой особенный из-за качества здешней почвы. Он хорошо растет в тени, и поэтому на полях над ним заботливо возведены соломенные покрытия….

… Субботний вечер - а на улице никакого тебе шума, кроме стрекотания цикад да негромкого пения под гармонь, которое смолкает часам к 10. Как здорово! И я засыпаю…

Ночью мне снится корейский сосновый лес - такой, какой растет вокруг могилы короля Тонмена в 30 км от Пхеньяна, которую мы посетили несколькими днями раньше. Стоял невыносимый летний зной, и сосновый бор, разгоряченный и пронизанный насквозь солнцем, благоухал так, что в носу щекотало. По дорожкам ползали огромные черные муравьи, а между деревьями летали бабочки и где-то неподалеку звонко журчал родник. «Отсюда можно просто, вот так, пить воду?»- искренне удивился один из моих спутников. В этом лесу хотелось остаться, сидеть под деревьями с рассвета и до заката и любоваться ими! Видимо, поэтому он мне и приснился…

Впрочем, сосновые леса растут в Корее не только там - вокруг Кэсона их тоже очень много. Когда-то город этот даже именовали Сондо (город соснового бора). Кэсон - столица древнего корейского государства Коре. Здесь, в отличие от Пхеньяна, сравненного с землей американскими бомбардировками в 1950-1953 годах, сохранилось много старинных зданий. В городе есть свой ботанический сад, зоопарк, бассейн, несколько стадионов, различные музеи ( в том числе - музей истории древнего государства Коре, в одном из старинных дворцов), древняя обсерватория …Здесь, чувствуется, теплее, чем. в Пхеньяне, повсюду растет виноград.

Вставать было еще рано. Но и спать больше не хотелось. Я поднялась, выглянула в «бумажную» форточку. Голоса стали слышны еще яснее, но никого не было видно: дома скрывались в зелени деревьев за заборами. На крышах многих домов, словно в «Корейских сказках» Гарина-Михайловского, которые я читала в детстве, росли огромные тыквы. Как непохоже на Пхеньян!

Я закрыла глаза и попыталась представить себе еще раз корейскую столицу...

Несколько дней назад мы побывали на смотровой площадке на вершине Монумента идей чучхе. В хороший ясный день Пхеньян виден оттуда как на ладони. Монумент этот был воздвигнут в 1982 году, к 70-летию со дня рождения тов. Ким Ир Сена, и состоит из (светящегося по ночам) факела, обелиска и скульптурной группы из 3 фигур, олицетворяющих рабочий класс, крестьянство и интеллигенцию. По бокам от основной скульптурной группы находятся вспомогательные – «Чучхейская промышленность», «Железная крепость», «Долголетие», «Богатый урожай», «Страна учебы» и «Чучхейское искусство». Окружают монумент различные беседки и фонтаны (по праздничным дням здесь прямо из реки бьет фонтан высотой в 150 метров!), а прямо перед ним расстилается река, по которой катаются на лодках и где купаются горожане. Высота обелиска - 150 метров, высота факела - 20 метров. Внутри обелиска имеется помещение, в котором по стенам размещены каменные таблички, присланные специально для него различными партиями, организациями и отдельными лицами из более чем 90 стран мира. Естественно, каждый из нас сразу начал искать таблички, присланные из его родной страны... и мы все без труда их нашли. Но вернемся к смотровой площадке. Я не большая любительница многоэтажных домов, но от вида современного Пхеньяна просто захватывает дух! Каким-то непостижимым образом люди здесь умудряются создать гармоничное сочетание современности с традициями, и несмотря на всю свою многоэтажность, Пхеньян совсем не вызывает впечатления «каменных джунглей».

Кое-где между новостройками мелькают еще маленькие старые хижины. Как и повсюду в мире, в любом строящемся городе, скажете вы, что здесь особенного? Действительно, особенного - ничего, но «свиньи» и здесь умудряются «найти грязи». Например, некий российский дизайнер Артемий Лебедев, называющий самого себя ласкательно «Тема», увеличил фото этих старых хижин раз в 20, объявив их местными трущобами и уверяя, что гид «запретил ему это фотографировать». Интересно, когда Тема посещает «страны рыночной экономики» - скажем, Соединенные Штаты или ну хотя бы Румынию - он тоже с таким рвением стремится найти там трущобы и нищету, что даже прибегает к фотографическим трюкам?

Милый Тема, большой привет тебе из Пхеньяна! Я только что видела те же самые хижины, о которых ты ведешь речь с таким демократическим негодованием - и могу засвидетельствовать, что они составляют ничтожный процент жилого фонда в Пхеньяне (кстати, побывай, пожалуйста, в Туле, в Пролетарском районе, на улице Карла Маркса или на Пролетарской набережной, где старые дома никто сносить не собирается (это вам не при советской власти!), а у жителей теперь, благодаря свободе и демократии, нет денег даже на элементарный их ремонт. Пофотографируй там, или съезди в деревню Молчаново Чернского района, если получится (автобус туда в лучшие времена ходил из Тулы раз в неделю), вот уж где трущобы! Глядишь, удастся сорвать за эти фото серьезные баксы с тех, кому за рубежом не нравится излишне самостоятельный курс российского президента?). Более того, ни один из трех корейцев, которые нас сопровождали: гида и двух переводчиков, во время фотографирования нас не останавливал и ничего нам не запрещал. Видимо, в случае с тобой они просто знали, с каким нечистоплотным типом они имеют дело.

Да, Пхеньян – не Москва. Слава богу. В Пхеньяне и в других корейских городах и поселках, несмотря на все экономические трудности, несмотря на вынужденно высокие расходы на оборонные нужды, по-прежнему ведется массовое строительство новых жилых домов - в том числе и традиционного стиля, но современных в сельской местности - которые бесплатно предоставляются населению. Строительство это не останавливается даже в выходные дни, строителям помогают солдаты, рабочие и служащие, которые знают - дома эти строятся для них и для таких, как они, а не для тех, кто платит по 4000 долларов за квадратный метр.

Тема, тебя родители не учили, что врать (в том числе и пользоваться Фотошопом для подтверждения своих политических взглядов) некрасиво? Даже если ну очень хочется натянуть увиденное на воображаемое заранее.

Странно, когда человек, который девизом своей фирмы делает короткое выражение: «Без х*** ни!» специально едет в другую страну для того, чтобы научить именно этим словам тамошнюю интеллигенцию: «Монотонность дороги по пути в другие города я коротал тем, что обучал гида и стажерку русскому языку. Скажем, гид вообще никогда не слышала слова «бля». Во время урока я выяснил, что «х**» (в оригинале без купюр - ИМ) по-корейски — это нечто среднее между «кыш» и «брысь», употребляющееся по отношению к домашней птице».) . Тема напоминает человека, который снимает с себя на улице трусы, чтобы «прохожим стало стыдно» - когда на самом-то деле он выставляет на посмешище только самого себя. Ему даже невдомек, что реплика корейцев по поводу домашней птицы была с намеком адресована, скорее всего, ему самому. Так что х***, Тема, х*** из Кореи! Вы***ся будешь на московских тусовках...

«Мы существуем так, как нам нравится. Мы работаем так, как сами считаем правильным. Мы в гробу видали все корпоративные ценности вместе взятые», - написано на сайте твоей студии. Может быть, у тебя просто элементарно не хватило мозговых извилин, чтобы понять, что корейцы тоже и существуют так, как им нравится, и работают так, как сами считают правильным, и корпоративные ценности видали именно там? И уж как-нибудь обойдутся без твоих «уроков русского языка» (это тебя, наверно, мама-писательница такому лексикону научила?)

Я очень соскучилась по реализму в искусстве. Мне надоели уродливые треугольники, загогулины и прочие «чепурыслы», расставленные на наших улицах и набережных, которые якобы несут в себе какое-то высокое искусство, и от которых - ни уму, ни сердцу (только чьему-то кошельку).. Мне надоели полотна, намалеванные словно взявшей в руки кисть гориллой или шимпанзе. И это - еще одна причина, по которой мне так приятно было оказаться в Корее. Хотя здешние памятники и поражают воображение своими размерами, и я ожидала увидеть что-то в стиле скульптора Церетели, на деле они оказались удивительно гармонично, я бы даже сказала, тактично вписывающимися в местный пейзаж, а вовсе не такими чудовищными «соринками в глазу», как работы последнего. А какая великолепная здесь живопись! Люди и природа на картинах - словно живые. К слову, корейцы так же замечательно, как рисовать, умеют и вышивать вручную.
Особое впечатление на меня произвел Мемориал, посвященный воссоединению Кореи, представляющий собой скульптурную группу из двух женщин в традиционной одежде, протягивающих навстречу друг другу руки над ведущим из Пхеньяна шоссе. Нам, не знающим, что это такое - не иметь возможности не только увидеть своих родственников более 50 лет, но даже и переписываться с ними, вероятно, трудно себе даже представить, какое место в душе корейцев занимает эта проблема.

Местная «ВДНХ» - Выставка достижений Трех революций - именуется так по достижениям корейского народа в трех революциях: идеологической, технической и культурной. Выставка эта занимает площадь в 100 гектаров. На ней имеются 6 павильонов, а также парк для отдыха трудящихся, научно-исследовательские центры... Самое большое впечатление на нас произвел, конечно, космический павильон, посвященныи первому в КНДР запуску искусственного спутника Земли (того самого, который находился на орбите целых два года, и чье существование американцы продолжают отрицать!) . Запуск спутника «Кванменсон-1» состоялся 31 августа 1998 года. И трехступенчатая ракета-носитель, и сам спутник были изготовлены в самой КНДР по отечественным технологиям. «Дело в том, что техника запуска ИСЗ прямо связана с технологией МБР, и на ее экспорт наложено строгое эмбарго в мире, да и КНДР постоянно подвергается технической, экономической и военной блокаде со стороны Запада. После запуска корейского ИСЗ вице-президент Космического общества России в своем интервью корреспонденту ИТАР-ТАСС отметил: чтобы вывезти ИСЗ в орбиту подобной категории, должен быть очень сильный носитель, который по своей мощности не уступает межконтинентальной баллистической ракете. Не было известно о каких-либо попытках КНДР иметь контакты с российскими специалистами по космосу, пояснил он, более того, не было обращений за помощью» ( «Корея ХХ века: 100 фактов и материалов», Пхеньян 2002, с. 223-224). Да, Тема, это тебе действительно без х***ни!

А еще врезались мне в память увиденные на этой выставке мотоциклы и мотороллеры отечественного же, корейского производства. И вспомнился невольно родной завод моей мамы, который в советское время тоже свои собственные мотороллеры разрабатывал и выпускал (на Кубе многие из них и по сей день еще хорошо работают!), а сейчас, во власти артемоподобных, держится на плаву только тем, что... сдает заводские цеха под складские помещения для «бизнесменов», торгующих зарубежным хламом...

Так почему же у корейцев получается выжить и развиваться, сохраняя общество социальной справедливости, - несмотря на такие ограниченные ресурсы, по сравнению с нашей огромной страной, одаренной несметными природными богатствами? И почему мы сорвались в такую пропасть, что на наших улицах сегодня - сотни тысяч беспризорных детей, что наши мужчины умирают, не дожив до 60 лет (средняя продолжительность жизни в «голодной» Корее - 71 год!), что наши женщины отказываются от детей или даже убивают их, а население уменьшается на почти миллион человек в год? В чем корейский секрет?

Ответ прост. Чучхе. И не надо смеяться, балаганничать над коротким «экзотическим» словом, о котором у нас большинство даже не знает толком, что оно означает. «...Идеи чучхе означают, что ты сам есть хозяин своей судьбы, и что в тебе есть и сила для решения своей судьбы» («Корея ХХ века: 100 фактов и материалов», Пхеньян 2002, с. 165) Для непонятливых объясняю: не надо сидеть сложа руки и ждать, пока «добрый дядя из-за океана» вложит в твою промышленность награбленные им миллионы. И не надо думать, что ты сам ни на что не способен потому, что этот дядя якобы «цивилизованнее» тебя.

Наши «Темы» не понимают происходящего в Корее потому, что им все не дает покоя стоящий перед глазами призрак «дорогого Леонида Ильича», на который они автоматически прожектируют увиденное и услышанное ими в Корее. А слабо понять, что тов. Ким Ир Сен - не Брежнев, а тов. Ким Чен Ир - не наследники Брежнева? Что дети и внуки у корейских коммунистов не выросли такими, как сын автора слов Гимна СССР, мечтающий стать царем Всея Руси? Вовсе не симпатизирующий корейским коммунистам англичанин Майкл Харрольд проговаривается в своей книге «Товарищи и чужаки», что как только за поведением детей высокопоставленных членов партии и правительства в КНДР замечается что-либо неподобающее, их тут же отправляют на трудовое перевоспитание! А у нас... Тема, оказывается, даже в детский сад не ходил. Да и университет не закончил. Зато берется учить других, как им жить. И заправляют нашей страной по большому счету именно вот такие недоучки, занимающиеся не своим делом, у которых одна только гордость – «Один год учился в балтиморской Parkville High School»...

Не помню точно наизусть это высказывание товарища Ким Ир Сена, т. к. прочитала его еще в детстве, так что могу быть немного неточной: «Если низкопоклонстом заражается человек - гибнет член общества, если низкопоклонством заражается партия - гибнет революция, а если низкопоклонством заражается нация - гибнет страна.» И по-моему, состояние России за последние 20 лет - достаточно наглядный тому пример

Часть 6. Лицом к лицу с врагом человечества
«Иностранный язык - оружие в жизни и в борьбе!»

(надпись на школьном стенде в КНДР)

«А после Корейской войны 1950-53 гг. в уезде Синчхон появился целый музей, рассказывающий о преступлениях янки против мирных жителей и партизан. Выставленные фотографии и предметы производят самое жуткое впечатление. Особенно потрясенными казались европейцы, побывавшие в Синчхоне вместе с нами»

(Путешествие во времени. Василий Авченко)

...Есть на нашей планете государство, давно уже превзошедшее гитлеровскую Германию по совокупному числу совершенных за его историю в одном только ХХ веке варварских зверств и массовых убийств. И его единственное отличие от гитлеровской Германии - в том, что гитлеровцев уже отправили на свалку истории...

... Нас предупредили знающие люди, что музей в Синчхоне - не для слабонервных. Я до этого бывала уже в музеях, созданных на месте фашистских концлагерей (Саласпилс, 9-ый Форт в Каунасе) и считала себя достаточно подготовленной к тому, чтобы посетить этот музей, посвященный разоблачению зверств американской военщины на корейской земле во время войны 1950-1953 годов. В конце концов, нам ли, из трагической и героической истории своей собственной страны хорошо знающим, на что способны фашистские изверги, бледнеть и почти падать в обморок в таком месте? Но именно так отреагировали на увиденное и услышанное в Синчхоне, несмотря даже на это заблаговременное предупреждение, некоторые из моих западноевропейских спутников....

Дело тут не только в том, что в Западной Европе фашисты зверствовали все-таки не в таких масштабах, как на Восточном фронте, среди славянских «недочеловеков» - и зачастую в отношении лишь отдельных групп тамошнего мирного населения (вот в западноевропейских школах и рассказывают весьма избирательно на уроках истории только лишь о газовых камерах и холокосте, зачастую не упоминая даже роль коммунистов в организации сопротивления) Дело еще и в том, что подсознательно современному западному человеку, даже прогрессивному, очень нелегко привыкнуть к мысли, что Соединенные Штаты Америки,- так сказать, олицетворение современной западной демократии и свобод, - на деле являются таким же «мировым жандармом» как гитлеровская Германия в конце 30-х-начале 40-х годов.

Одно дело - знать, что это «Империя» теоретически, по книгам Хомского и антиглобалистским лозунгам - и совершенно другое дело - увидеть своими глазами «инструменты демократии», ею применяемые на практике. Такие, например, как собранные в Синчхонском музее металлические предметы, найденные в черепах погибших от пыток корейцев, включая женщин и детей. Или коллекция волос, срезанных с трупов убитых американцами корейских женщин. Или груда обуви замученных в американских застенках.... Тех самых, о которых говорится в приказе американского командующего войсками в Корее Харрисона от 17 октября 1950 года: «Мой приказ - это закон. Не соблюдающие его будут расстреляны. Уничтожайте всех красных бандитов, чтобы освободить Северную Корею от коммунистических чудовищ. Охотьтесь на них и убивайте всех членов Коммунистической партии, государственных служащих и членов их семей. Убивайте и симпатизирующих им».

С одним таким «коммунистическим чудовищем», которому чудом удалось выжить, нас познакомили в музее. В то время ему было 5 лет. Американские «культуртрегеры» насильно оторвали детей Синчхона от матерей и сожгли заживо и тех, и других - отдельно друг от друга... Выжили только два ребенка. Невысокий, морщинистый мужчина, легко узнаваемый по его детской фотографии на стенде, рассказал нам, как ему удалось остаться в живых, стоя под сводами здания, из которого он более 50 лет назад с трудом выбрался - по трупам более 100 таких же малышей, каким был тогда он сам... В другом здании, неподалеку, среди 400 молодых матерей, погибла и его мама...

В январе 1951 года генерал Риджвэй издал такой приказ войскам ООН (именно под знаменем «нейтральной» ООН совершались в Корее массовые убийства мирного населения и другие военные преступления!): «Стреляйте в любого мирного жителя, подозреваемого в том, что он коммунист, - не беря его в плен. Китайцы и корейцы внешне только немногим отличаются от зверей. Используя такой человеческий сброд, Советы уничтожают наших людей, сохраняя при этом своих собственных»...

Вот только краткое резюме «подвигов» янки в ходе несения «свободы и демократии» на корейскую землю: «Воздушные пираты США обрушили на Северную Корею непрекращающиеся беспорядочные бомбежки, разрушили все вплоть до школ и больниц и убив неисчислимое количество мирных жителей. За 3 года войны было сброшено в среднем 18 авиабомб на каждый квадратный километр северокорейской земли. Только на Пхеньян американская авиация сбросила более 428 тысяч бомб, что равно численности населения города в то время. Все города и села Северной Кореи превратились в пепелище так, что некоторых американских летчиков мучило осознание того, что им больше нечего разрушать. Во временно оккупированных районах Северной Кореи американские злодеи организованно и планомерно истребляли мирных жителей. Расстреливали, вешали, зарывали живьем; бросали в воду с камнями на шее, сжигали на кострах, вешая людей на деревья вверх ногами... Насиловали женщин и безжалостно их убивали... В небольшом уезде Синчхон за 52 дня оккупации жертвами такой жестокой расправы стали более 35 380 человек, что составляло одну четверть населения уезда. Среди убитых оказалось более 16 200 детей, стариков и женщин. США не гнушались применять бактериологическое и химическое оружие. В районах Северной Кореи во время временной оккупации они распространяли микробов натуральной оспы, разносчиков геморрагической лихорадки и тифа. По приказу Комитета начальников штабов США, с 28 января по 31 марта 1952 года в 400 с лишним точках на территории Северной Кореи более 700 раз массированным методом были сброшены бактериологические бомбы, а с февраля 1951 года по июль 1953 года в 24 северокорейских городах и уездах и в зоне передовой линии ими применялось химическое оружие. 6 мая 1951 года в районе Нампхо от отравляющего вещества удушающего действия, примененного "доблестными" воинами американской армии, в одночасье было убито 1379 корейцев. Еще в конце мая 1951 года, когда корейская война была в самом разгаре, в Пхеньяне, при участии представителей разных международных организаций и дипломатического корпуса, состоялся специальный гласный суд по факту массовых убийств, совершенных американцами в Синчхоне. В опубликованном в мае 1951 года докладе комиссии расследования Международной демократической федерации женщин, ознакомившейся с злодеяниями американской армии на месте, отмечается: "...Такие массовое убийство и пытки по своей жестокости превышают злодеяния, совершенные гитлеровскими нацистами во временно оккупированной ими Европе", "Факты доказывают, что эта война является войной массового уничтожения, которая разрушает больше жилых домов, чем военные объекты; и уничтожает больше продовольствия, чем военные материалы, и убивает больше женщин и стариков, чем военнослужащих. Это - война против самой человеческой жизни".

Но, в отличие от гитлеровских молодчиков, ни один из «героев» этой войны не был – а по заслугам бы!- повешен... Стоит ли после этого удивляться тому, что у корейцев есть песни «15 миллионов станут бомбами и пулями» и «Тот, кто провоцирует нас, не избежит смерти!»? Как бы мы чувствовали себя сегодня, если бы нацистская Германия не была уничтожена в 1945-м, а продолжала существовать и по сей день и угрожать нашей Родине?

От советских военных музеев Синчхонский отличается, я бы сказала, особой наглядностью: если у нас только рассказывалось о том, каким пыткам подвергали фашисты советских патриотов, то здесь все это было наглядно изображено - при помощи фотографий, различных предметов и картин... В каждом новом зале некоторые из западных посетителей становились все бледнее и бледнее. У них был такой вид, словно им вот-вот станет дурно. Меня не тошнило - в моем сердце разгоралось чувство ненависти и жажда правосудия...

Музей в этот выходной день был переполнен школьниками. Что ж, если не показывать детям, кто угрожает и сегодня их родной стране, с какого рода типами им придется иметь дело, - не скрывая при этом всех ужасов, - то зло от этого само по себе не исчезнет. С ним надо бороться. Можно сколько угодно зарывать голову в песок, убеждая себя, что уж сегодня-то американцы «не такие», что они теперь «стали нашими партнерами», как пытаются внушить сейчас нам в Восточной Европе, - суть Соединенных Штатов Америки от этого не меняется. Пройдет еще лет 10 - и точно такой же музей можно будет открывать в Ираке... И лучше уж смотреть правде в лицо.

…Американцы любят твердить, что Корейская война - война «забытая».

Это для них и для их европейских союзников она «забытая» (ведь так хотелось бы забыть свое позорное поражение!), а для нас - очень даже хорошо знакомая нам, по книгам и учебникам истории!

Когда мы прощались с нашими гидами в Синчхоне, мимо нас проехал грузовик, полный пионерами. Пионеры, весело галдя, замахали нам руками. А я смотрела на них - таких веселых и жизнерадостных- а перед глазами у меня стояли корейские малыши, насаженные американскими недобитыми «рэмбо» на штыки в далеком 1951...

Американцы нагло пришли в чужую страну якобы для ее «освобождения», отказались из нее уходить, напакостили в ней, разделили ее надвое, превратив одну ее часть фактически в свою колонию - и еще после этого удивляются, почему их в Корее, мягко говоря, недолюбливают? Да, им очень хотелось бы, чтобы эта война стала «забытой». Но преступления оккупантов, как и героизм защитников своей родной страны, не забываются!

Из Синчхона мы отправились в Пханмунчжом, где посетили демилитаризованную зону и демаркационную линию, отделяющую КНДР от Южной Кореи. Об этом месте не любят вспоминать все те, кто до сих пор так громко кричит о давно уже не существующей Берлинской стене и «расстрелах перебежчиков режимом Хоннекера». И не случайно именно те же самые лица не любят говорить и о стене, которую строит Израиль, чтобы запереть палестинцев в гетто и отобрать их земли...

Попасть в демилитаризованную зону можно только в сопровождении военных гидов. Они же отвечают за твою безопасность. Обстановка здесь достаточно напряженная. Достаточно часто американцы или подстрекаемые ими южнокорейские военные совершают провокационные действия – «пробуют почву», наблюдая за тем, какая реакция будет со стороны КНДР. Самый известный из приграничных инцидентов произошел в августе 1976 года, когда американские солдаты без предупреждения решили срубить дерево в зоне совместной охраны, разрушили шлагбаум и пост КНДР. Им был дан достойный отпор: пограничники КНДР зарубили двух провокаторов их же собственным топором...

И когда ты стоишь здесь, в небольшом павильончике, где по середине стола проходит «граница», то собственными глазами можешь убедиться в том, кто же скрывается за сложившейся трагической историей разделения корейского народа - если на этот счет еще были хоть какие-то сомнения. Воины КНДР стоят на страже своих рубежей самостоятельно. Из-за спин южнокорейских пограничников же высовываются американские «вояки», постоянно опекающие их, как воспитательница неразумных детсадовцев. И как издевательски звучит после всего этого даже название американского павильона, обращенного лицом к территории КНДР - на корейском языке на нем написано «Дом Свободы»... «Дом Свободы» украшен огромным количеством камер, фиксирующих лица всех, кто посещает демилитаризованную зону с северной стороны. Жалко еще, что отпечатки пальцев и пробу ДНК не могут брать на расстоянии!

Стоя здесь - впервые в буквальном смысле слова лицом к лицу с главным врагом современного человечества, не можешь не задаваться вопросом: когда же наконец придет пора этому бандитскому государству предстать перед суровым судом народов планеты? И достаточно ли одного участия в демонстрациях протеста для того, чтобы считать себя имеющим право отмежеваться от действий своего правительства, назвав себя «прогрессивным американцем» и на этом успокоив свою совесть? Одними демонстрациями протеста от суда истории не откупиться....

…Я смотрю на цветущий Пхеньян с палубы захваченного храбрыми корейскими солдатами в территориальных водах КНДР в 1968 году американского шпионского судна «Пуэбло», которое нашло себе вечное пристанище в качестве трофея на берегу тихой корейской реки, - и надменные американские жандармы, нагло разгуливающие вдоль демаркационной линии, становятся жалкими и смешными. « А король -то голый!» - это про них.

И когда снова наступит 11 сентября, я снова откажусь соблюдать минуты молчания и скорбеть по нации жизнерадостных детоубийц. До тех пор, пока она таковой быть не перестанет.

...Да, есть на нашей планете государство, давно уже превзошедшее гитлеровскую Германию по совокупному числу совершенных за его историю в одном только ХХ веке варварских зверств и массовых убийств.

И когда оно перестанет существовать, планета наша вздохнет свободнее. Было бы счастьем дожить до этого светлого дня.

Часть 7. «Из всех искусств для нас важнейшим...»
«Вдумайтесь: под самым боком у Приморского края кипит живая история, немыслимая для сытой расслабленной Европы. КНДР - это один из последних островков в океане всепоглощающей глобализации, отчаянный Давид, противостоящий Голиафу либерализма. Это вам не западное царство потребления и не какие-нибудь космополитичные Багамы. Нам, как бывшим советским, наверное, более понятны "киты", на которых здесь держится жизнь: аскетизм, идейность, любовь к партии. Да, есть вещи непривычные и непонятные. Но в чужой монастырь… Корейцы не экспортируют свои ценности за рубеж. Они просто хотят жить в своей стране по-своему. И имеют на это полное право!»

(Путешествие во времени» Василий Авченко)

…- Ну как, вы уже решили, какую песню вы будете петь? - спросил нас Жеф Боссаут.

- ?????

- В Корее и гостям, и хозяевам полагается во время званого ужина исполнить какую-нибудь песню. Предлагаю нам спеть «Интернационал», потому что, по крайней мере, мы все его знаем.

- Даже если у нас нет голоса?

- Это неважно! Правда, у большинства самих корейцев - прекрасные голоса.

В этом мы имели возможность убедиться, когда для нас спел корейскую народную песню «Ариран» за ужином наш корейский гостеприимный хозяин из Комитета Дружбы с народами зарубежных стран. Сначала он рассказал легенду, связанную с этой песней, а потом встал и запел. Да как! У него оказался настоящий оперный бас, чем-то похожий по тембру на голос нашего Кола Бельды.

Да, корейцы не переставали нас поражать...

И красотой гигантского (в 200 гектаров!) ботанического сада, где среди прочих 5000 видов растений выращиваются и цветы «кимирсенхва» и «кимченирхва», и новенькой, с иголочки (открытой только в прошлом году, несмотря на нелегкое экономическое положение страны), консерваторией, главное здание которой внутри похоже на дворец, где бесплатно обучаются (и живут в общежитии) наиболее одаренные студенты со всех концов страны, и Триумфальной аркой, которая издалека по виду напоминает парижскую, но больше ее по размерам, а вблизи оказывается чисто корейской по характеру: воздвигнутая к 70-летию со дня рождения Президента товарища Ким Ир Сена, она содержит внутри «десятки светлых и роскошных комнат, балконы, лестницы и современные подьемные установки» («Пхеньян: краткие сведения», 1995, c. 68) , а снаружи украшена многочисленными рельефными скульптурными изображениями, в том числе - 70 цветков азалии, по числу лет юбиляра.... И Народным Дворцом учебы, и новенькой же Электронной библиотекой при университете, и газетными стендами на улице и на станциях метро (какие раньше были и у нас в Москве, только газеты у нас там нет-нет, да кто-нибудь и срывал!), и людьми, не отрывающимися от книг и читающими их даже на ходу! (Вот такого уж вы в «цивилизованном мире» точно не увидите.) И филателистическим магазином, который уже закрывался, когда мы к нему подьехали, но доброжелательные продавцы не только открыли его для нас, а и терпеливо ждали не меньше получаса, пока мы его полностью осмотрим...

Одним из пунктов в нашей программе было посещение Пхеньянского цирка. Поначалу некоторые в нашей группе не выразили особого энтузиазма по этому поводу. «Цирк? Мы же не дети!»- пренебрежительно махали рукой они. Я ничего не стала говорить, решила просто подождать, когда они увидят, что такое НАСТОЯЩИЙ ЦИРК, своими глазами. Дело в том, что большинство цирков в Европе - не стационарные, как у нас, а передвижные, и качество таких цирковых программ, мягко говоря, оставляет желать лучшего. И большинство европейцев другого цирка себе и не представляет, и, естественно, считает его чем-то только для маленьких детей.

И какими же удивленно-восхищенными глазами смотрели в тот вечер мои спутники на знаменитых корейских гимнастов и акробатов! Цирк в Корее - на мировом уровне, такой же, каким был советский, а в отдельных видах программы, может быть, даже и лучше! И атмосфера в нем была НАША, хорошая, советская: среди зрителей - семьи с детьми, включая зачастую все три поколения; целые армейские подразделения (культпоход!); веселый смех на проделки клоуна (корейский клоун вытащил из зала двух зрителей и заставил их устроить матч по таеквондо друг с другом!), аханье и оханье во время «смертельных номеров» гимнастов - и ободрительные, поддерживающие аплодисменты, когда одной из гимнасток номер не сразу удался... Когда мы вышли из цирка, глаза у моих спутников горели от восторга. Такого они еще не видели! И уже больше не задавались вопросом, зачем им дали билеты «на это представление для малышей»...

А какое вкусное в Корее мороженое! Я имела неосторожность выразить желание его попробовать - перед своими спутниками, и наш корейский водитель, который не говорил ни слова на иностранных языках, каким-то радаром почувствовал, о чем идет речь, и тут же, так и не говоря ни слова, купил мороженое для всех для нас - и отказался брать за это деньги, показывая жестами, что он нас угощает... Мы ели это вкуснющее мороженое на площади перед театром «Мансудэ», среди фонтанов - и пытались подсмотреть за нашим гидом, которая забрала у нас бумажки из-под него, чтобы разузнать главный корейский секрет: куда же здесь все-таки выбрасывают мусор? Но эта тайна так и осталась неразгаданной...

Посетили мы в КНДР и промышленные предприятия. Завод по производству электрических кабелей имени 26 марта поразил стерильной чистотой своих цехов, а также тем, что прямо в одном из них был установен... столик для популярного в Корее пинг-понга. Во время обеденного перерыва рабочие могут им воспользоваться, если чересчур «засиделись» у станка. Остальное, увиденное на заводе и рассказанное нам о нем его главным инженером, было в новинку только для моих западноевропейских спутников: и то, что у завода есть свой собственный музей его истории, и передовые красные знамена и ордена, и доска почета, и то, как заводоуправление состоит из «тройки» (дирекция-партком-профком), и роль профсоюзов в социалистическом обществе, и то, что завод ведет свое собственное жилищное строительство, имеет собственный детский сад и собственное подсобное хозяйство... Правда, в отличие от СССР, в КНДР люди состоят членом обычно только в какой-то одной организации - либо в партии, либо в профсоюзе, либо в Комитете женщин, а не во всех сразу, как в свое вреня у нас.

Корейцы неохотно отвечают на расспросы иностранцев о величине своей заработной платы, и это понятно: некоторые досужие гости тут же начинают напрямую сравнивать ее денежное выражение с суммой, получаемой ими самими в своих странах. А сравнивать-то глупо: во-первых, в КНДР еще в 1974 году полностью отменены все налоги (это единственная в мире страна без налогов!), во-вторых, необходимо учитывать в таком случае все блага, предоставляемые здесь людям государством бесплатно или за чисто символическую цену. И посмотреть, какие три шкуры дерутся с трудящихся, получающих такие «высокие» зарплаты в капиталистических странах...

Вот один только пример: «государство закупает рис у крестьян по 42 чона за килограмм, а продает его рабочим ии служащим в городах (в обработанном уже виде) по 8 чон за килограмм, хотя его настоящая цена после очистки- 65 чон» («Do you know about Korea: 100 questions and answers», p. 80). Основные продукты питания гарантированно предоставляются всем гражданам. Хлопок в стране почти не растет, и одежду шьют из ткани на основе виналоновых волокон, изготовленных из антрацита. Повсюду в Пхеньяне я видела многочисленные швейные ателье - которые у нас в стране уже практически исчезли, оставив сотни тысяч женщин безработными...

Студентам и школьникам форма, обувь и учебники в КНДР предоставляются раз в 2 - 3 года совершенно бесплатно, а в остальное время - за полцены. К годовщинам революционных и патриотических праздников государство выдает людям подарки. Медицинская помощь предоствляется бесплатно. По стоимости на душу населения она ежегодно равняется двум средним месячным зарплатам рабочего. Люди бесплатно по 30 дней отдыхают в санаториях. Государство берет на себя расходы по квартпалте: 90% квартплаты в одноэтажных домах и 75% квартплаты в многоэтажках. Крестьяне за предоставляемое им жилье вообще ничего не платят.

Пенсионный возраст - 60 лет для мужчин и 55 для женщин (в «развитых» странах - 65 для обоих, а сейчас уже начинают поднимать пенсионный возраст до 67 и больше лет, причем по достижении этого возраста людей отправляют на пенсию насильно, даже если они в силах продолжать работу и хотели бы этого. В «диктатуре» КНДР выход на пенсию – добровольный!) Широко развито движение молодежи, берущей на себя заботу о стариках, у которых нет близких (и не просто «тимуровцы», как у нас, а корейские молодые люди забирают стариков к себе жить и обращаются с ними как с собственными родителями!). Другое известное движение - молодых девушек, выходящих замуж за военных, ставших инвалидами на воинской службе. Это считается проявлением патриотизма и связи армии с народом.

Рабочий день составляет 8 часов, для работающих на жаре и для матерей 3 и более детей - 6 часов. Работа для детей младше 16 лет запрещена законом.

Кстати, для тех, кто не знал: в КНДР - многопартийная система! В ней существуют 3 партии: Трудовая партия Кореи, Корейская социал-демократическая партия и партия Чондоист Чонгу.

В Пхеньяне и в других местах довольно много нам навстречу попадалось корейских «соотечественников из-за рубежа» - корейцев из Южной Кореи и Японии. Из Японии их даже привозят на экскурсии целыми классами (у корейцев в Японии есть свои школы, где обучение идет на корейском языке, но полноправными гражданами Японии они и по сей день не являются, даже если они там родились - примерно как русские в Латвии). От корейцев КНДР зарубежные корейцы отличаются прическами, одеждой, иногда - даже цветом волос, а среди южных корейцев достаточно много страдающих ожирением (сказывается наличие «МакДональдсов»?). Мы встречались с некоторыми из них во время посещения того или иного достопримечательного места так часто, что под конец уже здоровались! Интересно наблюдать, какую действительно большую работу проделывают в КНДР - и в Китае!- для поддержки контактов с проживающими за рубежом соотечественниками: например, в самолете с нами в Пекин летела целая группа бельгийских подростков китайского происхождения (многие из которых даже не говорили как следует по-китайски) - поездку в Китай для них организовало посольство этой страны в Брюсселе! При этом же посольстве для таких школьников, желающих узнать побольше о своих «корнях», существует специальный клуб. Поучиться бы подобным вещам нашим российским властям и дипломатам, вместо того, чтобы только на словах провозглашать интерес к зарубежным соотечественникам и их проблемам и нуждам! А пока они будут провозглашать свои красивые речи на данную тему, сколько наших Андрюшек и Наташ вырастет в самых что ни на есть натуральных родства не помнящих Эндрю и Натали...

Для человека, не побывавшего в КНДР и не соприкоснувшегося с ее культурой, корейские художественные фильмы могут показаться немного наивными. Но таковы не фильмы, а люди здесь - и не наивны они, а просто чисты душою и помыслами. Конечно, «в семье не без урода», и отдельные эгоистичные типы имеются и здесь, но в целом люди, с которыми мы встречались, были именно такими, как герои корейских фильмов: открытыми, скромными, даже застенчивыми - и искренними. И я по-хорошему завидую романтике отношений героев фильма «Городская девушка выходит замуж», которые, украдкой влюбенно поглядывая друг на друга, вместе убирают на ферме утиный помет! Насколько это приятнее видеть, чем размалеванных «маленьких Вер», которым кто-то все время лезет руками под юбки!

... Рано утром едешь на автобусе по Пхеньяну - и видишь, как со всех его концов стекаются людские реки, к центральному стадиону. Это идут нескончаемым потоком, зачастую- с песнями, пхеньянские школьники: на репетицию знаменитых массовых гимнастических игр «Ариран», которые обычно проходят в конце августа-сентябре. Вечером возвращаешься в город - а школьники все идут... Ни капельки не уставшие, довольные, веселые. Некоторые ждут своей очереди, сидя на травке, оживленно беседуют, смеются. Другие продолжают выполнять прямо на асфальте акробатические кульбиты. Зрелище совершенно потрясающее!

Глядя на насыщенную культурой жизнь миллионов трудящихся людей в КНДР, убеждаешься еще раз в верности слов о том, что «в человеке должно быть все прекрасно: и лицо, и одежда, и душа, и мысли..» . Но - больше того: убеждаешься в том, что все это так и может быть в нем!

Часть 8. Свинья грязи всегда найдет
"Правила нашего журнализма требуют, чтобы я писал обо всем этом со снисходительной иронией - как о некоем китче или "экзотике соцреализма". Черта с два. Иронизировать? Какое право на это имеем мы, выходцы из страны, улицы которой замалеваны рекламой кабаков и игровых автоматов? Страны Церетели и Гельмана, Пугачевой и Верки Сердючки?"

Андрей Манчук, “Корейские записки“

“И вообще, большинство отзывов о КНДР мне напоминают стихотворение:

“В одно окно смотрели двое,
Один увидел-дождь и грязь
Другой-листвы зеленой вязь
Весну и небо голубое….”

(Алина О)

…- Конечно, ребята, скучно тут - насмешливо сказал Жеф Боссаут,- Кабаков нет, девочек нет... Чего тут делать?

Но они даже не уловили в его голосе насмешки.

Мы видели их каждый день в гостинице - сидящими в баре. Высокие блондины, поглощающие один стакан пива за другим, из вечера в вечер. В конце концов, стало интересно узнать, из какой же они страны, и Жеф попытался заговорить с ними на разных языках, но ничего не получалось. «А может, вы русский знаете?»- неуверенно сказал один из них по-русски с приятным легким акцентом. «Конечно, знаем!»- воскликнули мы с Жефом хором.

Блондины оказались чехами. Строителями, работавшими здесь по контракту. Как и многих других восточных европейцев, из дома в другие страны их выгнала нужда, хотя они и бодрились, хвастясь тем, что «теперь можно в любую страну поехать работать». Да, можно. Это только дома жить и работать для слишком многих стало непозволительной роскошью…

Чехи работали каждый год где-нибудь в новой стране. Работали они и у нас в России. Отрицательно отзывались о московских ценах - но мечтательно вздыхали: «У вас там такие девочки…!»

То, что с «девочками» в Корее им не светит, было понятно. С «мальчиками», к слову, тоже. Одна наша соотечественница, побывавшая в КНДР, на полном серьезе попробовала искать для себя там… мужской эскорт. («Не буду же я сама с собой целую неделю заниматься сами понимаете чем. Я заплачу...»). Корейцы сначала даже не поняли ее, а когда поняли, то хохотали до конца ее путешествия. «Мужчине платить деньги? За такое?? Как же это вы там живете в России?»

Чехи принялись рассказывать нам о своих обидах на КНДР. Пойти им вечером некуда, кроме как в этот бар. Скучно. Один раз поехали в портовый город Нампо, стали что-то там фотографировать (а интересно, что именно?), так люди налетели на них и чуть камеру не отобрали. По городу идешь - все на тебя смотрят. Зато они уже выучили, как сказать по-корейски: «Кружку пива, пожалуйста!» - и тут же продемонстрировали нам свое знание на практике…

Интересно, а они обрадовались бы, если бы им предложили сходить в театр? На концерт? Или хотя бы даже в цирк? Честно говоря, у меня создалось впечатление, что для хождений по вечерам их интересовали заведения совершенно другого типа…

«Надо будет сказать корейцам, чтобы в выходные дни повозили их по городу с экскурсиями! А то что же это люди скучают... Непорядок» - с улыбкой подумала я. Только сдается мне, что и от этого наши бывшие братья по социалистическому лагерю были бы не в восторге…

«Исповеди бунтарей»
... Мне часто кажется, что я живу в перевернутом вверх тормашками мире. Вот таком, как эта барышня с короткими ногами на фото. Мире, в котором нормальным считается, когда человек торгует собой или когда за жизнь дорогих тебе людей тебе предлагают денежную компенсацию и серьезно полагают, что этим искупают свою вину. Мире, в котором профессиональные болтуны из пиаровских контор и маркетинговых фирм с наглым видом поучают лишенное нормальной работы население, что «надо вкалывать, тогда и бабки будут!» - с таким видом, словно от их «упорного труда» есть хоть малейшая польза обществу.

В этом мире заправляют «ребелы», остановившиеся в своем психологическом и умственном развитии на стадии перманентного тинейджерства. Они не понимают, что на дворе уже не 1989 год, и что их «бунтарские» недозрелые глупости за прошедшее с тех пор время всем давно приелись. Они не понимают, что на определенной жизненной стадии, взрослея, нормальный человек перестает ухмыляться и ерничать, «бросая вызов обществу». Вот и наводняют наше информационное пространство все новые и новые «исповеди бунтарей» с их давно уже всем поднадоевшими изощренными издевками над обыкновенной, нормальной человеческой жизнью и над обыкновенными, нормальными людьми, озабоченными не интимными стрижками или последним опусом Оксаны Робски, а тем, как прокормить своих детей.

Не исключением тому и рассказы наших ребелов о КНДР. Вот один из таких типичных рассказов.

Пересказывать его я не собираюсь. Именно потому, что он типичен - ничего нового в нем нет. Типичен для недозрелого восприятия окружающей среды избалованным бездельником, который брезгливо морщится при виде «людей на полях с тяпками», потому что подсознательно убежден, что хлеб растет на деревьях: ложись под дерево, открывай рот и жди, пока он туда упадет...

Причем растет хлеб на деревьях исключительно для таких, как они сами, неповторимые. Неистребимая вера в собственную исключительность подтверждается гордыми словами на великом русском языке: «Срать мы хотели на все эти запреты».

Желание совершить акт дефекации на «запреты» больше говорит о желающих его совершить, чем о самих запретах или об их характере. Например, на будке с электрическими трансформаторами написано «Не влезай – убьет!». Для нашей же безопасности. Или будем и дорогу на красный свет переходить, и защитные каски на стройках не носить, и ремни безопасности в машинах не пристегивать, и руки не мыть перед обедом - чтобы доказать всему миру, какие мы бесстрашные, свободные герои?

«В чужой монастырь со своим уставом не лезут», гласит русская пословица (английский вариант – «Будучи в Риме, ведите себя как римляне»). Ну, так и будучи в Корее, ведите себя как корейцы! К слову, я столько слышала обо всех этих пресловутых «запретах» делать то или другое в КНДР, а нас один-единственный раз ПОПРОСИЛИ не фотографировать - именно вежливо попросили заранее. Это было на базаре. Сначала я не совсем поняла, почему, но спрашивать не стала. Гости должны проявлять уважение к хозяевам. Не умеешь этого делать – и в гости не ходи. Базар был полон товарами - и покупающими их людьми, и выглядел намного чище и опрятнее большинства базаров российских. Корейским предприятиям разрешается продавать там продукцию, произведенную сверх плана. Но много и китайских товаров, примерно того же ассортимента, что в России. Работает рынок действительно вечером - чтобы не отрывать людей от работы. И, по-моему, совершенно правильно! Это у нас людей уже стало не от чего отрывать.....

Потом уже я поняла, что попросили нас не фотографировать не потому, как выглядел базар, а потому, что буржуазные писаки приделают к этим форографиям, если они попадут им в руки, свои собственные, антикорейские комментарии, как они обычно это делают. Если они даже к фотографиям работающих в поле целые сказки сочиняют, то можно представить себе, каким кладом для их сочинительства окажутся фотографии места, связанного с товарно-денежными отношениями!

А наши свободные личности все продолжают «бросать вызовы спецслужбам». Эдакий мини- «марш несогласных» на корейской территории...

А штаны снять в знак протеста не попробовали?

Естественно, что «обслуга прибежала». Люди подумали, что головкой повредилась иностранная детинушка…

Я от души сочувствую корейским гидам наших соотечественников. «Цивилизованные» иностранцы хоть будут шипеть уже когда домой к себе вернутся, а наши хамят людям в их собственной стране прямо в лицо. Это же какое ангельское терпение надо иметь со всеми этими Татьянами, Артемами, Ефимами и прочими Петями, у которых и в 30 и в 40 лет все еще детство в заднице играет!

А не написать ли мне в таком стиле о России?

Дескать, мол, «почти все трудоспособное население с рассветом занимает позиции на рынке, где пытаются продать все что можно, только покупателей все меньше, потому что денег ни у кого нет. Все оставшееся трудоспособное мужское население ежедневно занимает позиции охранников, а женское - у стриптизного шеста. Небольшая кучка банкирствует, бандитствует (иногда и то, и другое сразу), или убеждает соотечественников в необходимости покупки прокладок с крылышками и ездит по Мальдивам. Оставшиеся защищают права человека в зарубежных поездках на гранты или побираются и роются в мусорных бачках».

Нет, не могу. Я ее люблю, Россию. Жалко.


И это не мир наш перевернут набекрень: это стоящие на головах пытаются внушить нам, что их видение мира - единственное правильное.

Когда постоянно становишься на голову ( «чтобы бросить вызов спецслужбам»), то и мир можно увидеть только лишь вверх тормашками. Другого в такой позиции просто не дано. И именно так - перевернув все с ног на голову - и описывают КНДР такие вот доморощенные акробаты и гримасничающие клоуны, которых в нашем обществе сейчас столько развелось.

Цирк-то давно уже уехал - вместе с танцующим твист президентом - а вот их с собой взять почему-то забыли. Или никто не захотел? Так с какой же стати мы должны этих коверных воспринимать всерьез? Почему у нас еще до сих пор многие люди составляют для себя картину мира по их убогим писулькам? Да вы только посмотрите на них - и больше уже никаких характеристик не нужно.

Ефим жалеет корейских детей. Кто бы пожалел детей российских?...
“Как я обманул корейские спецслужбы!»- радостно начинает свой очерк о стране утренней свежести пишущий под псевдонимом Ефим Незванный господин. Бог ты мой, радость-то какая... Только что пузырей не пускает. «Сбылась мечта идиота»...

В своей стране этих «сторонников либеральных ценностей» никто не преследует (ибо пустомели спецслужб не интересуют!), а так хочется приобрести ореол гонимого, мученика и правдоискателя, что приходится ехать для этого в страны, их ценностям чуждые. Но и там-то эти типы никому оказываются не интересны: «...вот наш (багаж) почти проигнорировали....Не проявили пограничники интерес и к ноутбуку и комплекту фотоаппаратуры (явно нелюбительскому)», «Западные путеводители ...говорят о том, что в номерах, автомобиле, ресторанах и прочих местах пребывания туристов установлены подслушивающие устройства. Заранее мы договорились не обсуждать профессиональные вопросы, но иногда забывались и делились свежими впечатлениями (естественно, с позиции либеральных ценностей). Каких-то кар за это не последовало, да и «жучков» мы не обнаружили».

Обидно, а? Человек старался-старался обмануть коварные корейские спецслужбы, а они даже не удостоили его багаж тщательного досмотра...

Корейцы вообще периодически портят г-ну Незванному настроение:

«...настроение оказалось испорченным. Нет - и сосновая роща была как в Пицунде, а белый песок ничем не хуже, чем на Пукете, но по соседству обнаружился замаскированный под природный холмик ДЗОТ. Вот уж, действительно, вся страна - неприступная крепость». Не иначе как к его приезду КНДР обязана была в одностороннем порядке разоружиться, несмотря на все угрозы империалистов в ее адрес!

Иногда просто поражаешься, на какой же это планете живут такие вот «писатели»? Уж действительно ли на одной со всеми нами?

А ведь Ефим у нас - господин начитанный: даже проштудировал в интернете британский “Independent” перед поездкой, откуда почерпнул кладези сведений о пристрастиях и вкусах корейского президента, над сочинением которых так долго работали соответствующие отделы MI-6.

Судя по тону и характеру приведенных Ефимом цитат о Корее, западные путеводители (как и все западное) для него - словно Библия для верующих: подвергать даже малейшему сомнению напечатанное в них, видимо, считается жутким кощунством. «...Без суда и следствия лишь по решению главы местной администрации человек приговаривается вместе с семьей к высылке в отдаленные территории, тюремному режиму и каторжным 12-часовым работам с полным поражением в правах. В середине 80-х еще проводились публичные казни на стадионах, в основном по политическим статьям, но сейчас такой информации нет. По данным международных правозащитных организаций в стране 200000 политзаключенных...», - заученно твердит он. Так откуда дровишки, г-н Незванный?...

Примечательно, что в некоторых случаях в качестве источника слухов о жизни корейцев, которые он использует в своей заметке как непреложные факты, Ефим называет российских дипломатов. Я бы на их месте занималась тем, для чего наша страна послала их в КНДР - работой, а не перетаскиванием на вокзале в Пхеньяне многочисленных тюков накупленного по дешевке (благо цены там не либеральные!), которые эти дипломаты с таким ажиотажем там стремятся побыстрее вывезти домой, пока не истек срок их командировки. Мой источник? Я видела таких «дипломатов» собственными глазами!

В некоторых случаях Ефим просто, как бы это выразиться, говорит то, что не соответствует действительности. Ну, например, что на поезде Пекин-Пхеньян «иностранцы практически не ездят» (в нашем вагоне их было человек 7!), что местные жители не ходят в рестораны (в Кэсоне, где мы обедали в местном ресторане, их было полным-полно!), что «народные массы» какой-то ловкой манипуляцией отсекаются от иностранцев - огромные делегации трудящихся и школьников можно мельком видеть через приоткрытые двери (которые тут же захлопываются)» (мы во всех музеях и в цирке были в одном и том же помещении с местными жителями, и никто их от нас не «отсекал», а владеющий корейским языком наш спутник даже перебрасывался с людьми фразами), что «труды других коммунистических идеологов — Маркса, Энгельса и Ленина — в Северной Корее практически запрещены» (не только мы видели их во всех библиотеках - сам автор, который так подробно описывает народный Дворец учебы, просто ну никак не мог не заметить огромные портреты Маркса и Ленина, вывешенные на здании как раз рядом с ним!). И не видела я в Пхеньяне «темные улицы, по которым обреченно бредет печальная толпа». Темные улицы - да, видела, но толпа была вовсе не «печальной» и брела вовсе не «обреченно», а с веселым смехом, переговариваясь, многие - с карманными фонариками в руках!

По тону статьи чувствуется, что многое в Корее ему, вопреки его ожиданиям даже понравилось - но это идет вразрез с «либеральными ценностями», а ими наш Ефим не может поступиться, как герой Юрия Яковлева в фильме «Киндза-дза»: «Нет, генацвале. Когда у общества нет цветовой дифференциации штанов, то нет цели! А когда нет цели…» Вот и появляются в его заметке то тут, то там сплошные противоречия и натяжки. Ну, например, вот какие нехорошие гиды в КНДР, которые якобы только что и способны выдавать пропаганду на экскурсиях и злостно «всегда ночевали в соседних номерах» (чем это мешает нашему герою, непонятно. Может, они храпели за стенкой?): « В решении бытовых вопросов они старались выполнить любую просьбу, и вообще пытались угадывать любое наше желание, постоянно спрашивали, все ли нам нравится, а когда в предпоследний день у автора случилось легкое пищевое отравление,… это вызвало такую искреннюю печаль, как будто речь шла о тяжелой болезни единственного собственного ребенка».

После этого так и тянет спросить: так чего ж тебе надо, собака?

С одной стороны, якобы «экскурсионное сопровождение сводится лишь к пропаганде да скудным сведениям о проносящихся за окном микроавтобуса объектах - год постройки, площадь или высота монумента» (лучше, видимо, было бы не мучать нашего Ефима цифрами, а просто рассказать ему около каждого памятника парочку сальных анекдотов!) - с другой, «осведомленность товарища Пака о ситуации в России просто поражала: он со знанием дела говорил на любые темы, даже такие специфические как застройка московского Китай-города после сноса гостиницы «Россия» или влияние нового нефтепровода на экологию Байкала. При этом товарищ Пак засыпал нас таким огромным количеством вопросов о разных сторонах жизни в России, что у меня сложилось мнение — он готовит с наших слов какой-то аналитический доклад».

Сдается мне, что господин Незванный на многие из этих вопросов не смог ответить, ибо сам знает о России гораздо меньше, чем товарищ Пак...

Как иначе можно обьяснить, что он пишет: «Первое, что поражает иностранца (в Корее) - глобальные проблемы с электричеством....» ?

А как же насчет нашего Приморья зимой, г-н Незванный? Или насчет россиян, которым отключают электричество, отопление и газ не из-за того, что их в стране нехватка, а потому, что они не могут уплатить по счетам?

Или: «нормы выдачи примерно такие: 700 граммов риса в день на взрослого, 300 -- на ребенка (меняются в зависимости от урожая). С таким пайком можно влачить только полуголодное существование....» Во-первых, он сам-то пробовал съесть 700 грамм риса в день (лично для меня этого больше чем достаточно!)? А во-вторых, а сколько и чего в день едят российские пенсионеры или просто люди в регионах - не журналисты-правозащитники, не банкиры и не менеджеры по рекламам – он нам случайно не скажет?

«Корейцы, как мы заметили,… очень любят и гордятся своим кино, но у нас оно вызывало только улыбку — такие наивные фильмы в России снимали только в 30-х годах..... Герои — только с идиотически-целеустремленными лицами, постоянно совершающие подвиги и правильные поступки», - Видимо, Ефиму лично приятнее когда герои фильмов, как у нас в современной России - бандиты- недоумки....

«С тех пор в стране нет даже тени политической оппозиции» - ну вот, у нас или в той же Америке она есть. И что от этого толку?

«Вся Северная Корея - это одна большая неприступная крепость, а народ настолько фанатичен, предан своему вождю и ненавидит американский империализм … , что победа в войне против КНДР означает уничтожение всего народа. Вьетнам, по сравнению с войной в Северной Корее, покажется просто приятной прогулкой по джунглям», - ну, и что в этом плохого?

«Особенно тяжело приходится зимой, когда световой день невелик, а морозы доходят до 20 градусов. Во многих домах отопление или отсутствует, или малоэффективно» - интересно, откуда Ефиму это известно, если сам он был в Корее летом, а зимой, по его словам, «въезд иностранцев (в Корею) ... полностью запрещен» (кстати, это неправда, есть даже сайты в интернете с рассказами о визитах иностранцев в КНДР зимой!)?

А еще ему ну очень обидно, что «бедные» корейцы сохраняют свое человеческое достоинство, ничего у него не клянчат и не кланяются ему в ножки: «И при этом люди сохраняют удивительную невозмутимость. По совету организовавшей наш тур западной компании на заключительном банкете мы в качестве чаевых подарили сопровождавшим гидам по 10 евро (средняя зарплата за несколько месяцев) и по блоку западных сигарет (невиданная роскошь) и были немало удивлены, как невозмутимо они это приняли: все же природную гордость нищетой не вытравишь!»

Ну и наконец, выдает Ефим вот такой шедевр: «Нет, в этой стране не все плохо - сказать так, значит покривить душой. Здесь практически нет преступности, бесплатная медицина... образование. Естественно, нет наркомании и проституции - пороков любого свободного общества. Мне думается, что в Корее не знают даже, что такое «супружеская измена». ...Северокорейские дети по-настоящему талантливы - концерт пионеров никого не оставляет равнодушным. И именно детей жалко больше всего - как бы то ни было, но ведь они недоедают, не имеют возможности читать те же сказки или смотреть те же фильмы, что их сверстники в других странах, играть в компьютерные игры, путешествовать. К тому же, как нам удалось заметить, детские силенки активно используются на тяжелых сельскохозяйственных работах».

А многие российские дети едят вдоволь и имеют возможности путешествовать?

Может быть, Ефим просто издевается над своими российскими читателями? Журналист из страны, где уже в 2002 году насчитывалось от 2 до 3 миллионов бездомных детей, жалеет детей корейских, среди которых нет ни бездомных, ни не имеющим возможность посещать школу, ни страдающих от наркомании и алкогольной зависимости, ни зарабатывающих на жизнь проституцией...

И что же делают в России для ликвидации этого позорного явления - детской бездомности? Молятся за погибших бездомных и проводят на эту тему международные семинары!

Даже в непререкаемом для Ефимов авторитете - богатейшей стране мира США на сегодня насчитывается «около 190 тысяч бездомных детей, но их Ефиму почему-то не жалко. Подумаешь, кто-то из них моет машины богатым дядям, чтобы прокормиться, а кто-то торгует своим телом... Зато им не приходится работать на колхозном поле! Да они должны быть счастливы, что родились и живут в свободном мире и знают, кто такой Шрек!

Думаю, интеллект корейских детей нисколько не обеднеет от того, что они не знают, кто такой Человек-Паук или Гарри Поттер. Уж не подобные ли глубокие знания до такой степени повлияли на интеллект наших соотечественников-современников, что они даже сами не видят, какую ерунду они несут?

Эта их логика напоминает мне одну мою североирландскую соседку: сына-хулигана у нее выгнали из школы, он терроризирует весь квартал, никто, включая ее саму, ничего с ним поделать не может, сама она - уже много лет без работы, постоянно жалуется на жизнь, а мне с пафосом заявляет: «А, вы из России? У вас там нарушают права человека!»...

Отдадим ему должное, автор честно пытался понять, почему ему здесь все-таки что-то нравится, хотя приехал он в Корею с явной настроенностью все высмеивать: «Темными северокорейскими вечерами...автор пытался изучить нюансы философии Чучхе, но через пару вечеров, несмотря на имевшуюся в университетские годы слабость к этой науке (и исключительно отличные оценки), понял - не дано...». Ну, хорошо, хоть сам признает, что ему это не дано... Конечно, это не картинки в журнале «Maxim» рассматривать.

Эх, да что и взять с человека, который не может поверить, что люди могут самообразованием заниматься добровольно и с удовольствием («Причем это не учебное заведение, а место для самообразования, и, насколько мы могли заметить, пользующееся популярностью (хорошо, если не принудительной)» ...

«Вот парадокс — видишь страну абсурда, а в душе остается много светлого, «глубокомысленно» рассуждает наш отважный, замаскированный «под простого туриста» журналист. –«Я был просто очарован трудолюбием (праздно шатающихся здесь почти нет) и гостеприимством корейцев. Приди в эту страну современные коммуникации и новейшие технологии, здесь бы произошел такой экономический прорыв, какому позавидовали бы другие «азиатские тигры». И еще одним процветающим государством стало бы больше».

Ну, что на языке либералов называется «процветанием», это мы знаем на своей шкуре. Это-когда «одному бублик (или даже целых 10!), а другому - дырка от бублика.»...

«Современные коммуникации и новейшие технологии», конечно, облегчили бы жизнь корейцам, но Ефим совершенно не упоминает о том, что это именно его любимые либеральные Соединенные Штаты, как собака на сене, не только сами не допускают к ним КНДР, но и другим государствам не дают в полной мере с ней економически сотрудничать. Пытаясь своим постоянным шантажом сделать эту гордую страну «свободной» на манер Ирака и Югославии.

«.Поверьте, вернувшись оттуда, на многие вещи вы посмотрели бы по-другому. Ведь цену Свободы понимаешь, только когда испытаешь ее отсутствие. Даже временное....» ,- с пафосом завершает свой труд автор.

Нет, он, пожалуй, действительно издевается над нами, этот любитель компьютерных игр...

Свобода??… “...Общая численность бездомных в России в отечественных источниках (в том числе по данным МВД) описывается разными величинами и колеблется в диапазоне от 3,5 до 5 миллионов человек, то есть составляет около 4,5% трудоспособного населения страны. Бездомные - это в большинстве своем мужчины, трудоспособного возраста. Доля женщин в составе бездомных составляет... 20%. 66% бездомных, судя по данным опроса, имеют профессиональное образование. 96,1% бездомных сообщили, что являются гражданами России».

Да уж, пожалуй, если этих россиян отправить в путешествие в Корею, они бы действительно оценили ее несколько иначе, чем господин Незванный. Цену же его «свободе» эти люди давно уже не только знают, но и заплатили сполна!

«Все познается в сравнении, а так как северокорейцам сравнивать не с чем, они считают абсурдный с нашей точки зрения мир абсолютно правильным» …

Не знаю, как корейцам, Ефим, а уж мне-то точно ЕСТЬ с чем сравнивать! И абсурдным я считаю именно ВАШ мир! Мир, в котором экономика существует не ради человека, а для насыщения абстрактного монстра, именуемого «рынок», а политика тоже человеком не интересуется, а функционирует во славу не менее абстрактного монстра по имени «демократия». Ведь, как хорошо сказала одна моя подруга, «демократия - это власть демократов»…

Почему я вернулась к этой теме, которую уже затрагивала в своих заметках о Корее? Да для того, чтобы показать раз и навсегда: тем из нас, кто негодует по поводу того, как пишет о КНДР буржуазная пресса, не стоит тратить на эти опусы таких эмоций. Свинья грязи всегда найдет. Важнее всего предоставить людям другие источники информации - не перепечатки выдумок западных спецслужб и не нарисованные воспаленным воображением либеральных отечественных любителей пивка блеклые картины.

И пока в ирландских начальных школах детей учат пускать мыльные пузыри и пытаться их поймать (я не шучу и пишу это не со слов каких-то «информированных источников»!), корейские дети изучают математику и другие серьезные предметы. Пока западные молодые люди усиленно пытаются убедить себя, что «другой мир возможен» (они так часто повторяют эту фразу - - как заклинание: словно сами-то в это верят мало!), корейцы не кричат и не бьют себя кулаками в грудь: они такой другой мир ежедневно строят!

Понравилось?

Тут ещё материалы
http://www.left.ru/2006/17/gowans151.phtml

Стивен Гованс
Понять Северную Корею
Северная Корея является страной, которую либо поносят, либо высмеивают. Её лидера, Ким Чен Ира, демонизируют правые и, за исключением Че Гевары в 1965 году (в 1965 году Че посетил Северную Корею и заявил, что она является той моделью, которой Куба должна следовать 1 ) и многих его последователей, осмеивают левые. Кима выставляют сумасшедшим, хотя никто не может привести этому доказательства. Действует принцип: «Раз все так говорят – значит, так оно и есть». Если бы Ким обладал внешним обаянием Че, он мог бы стать левацкой иконой и лидером «единственной оставшейся, самопровозглашенной альтернативы неолиберализму и глобализации», по словам эксперта по Корее Брюса Камингса 2 . Вместо этого, толстощёкий Ким превратился в карикатуру, в эдакого «Доктора Зло», с некрасивой прической и в плохо сидящих штанах. Страна, которую он возглавляет, в полном соответствии с образом своего руководителя, объявлена угрозой международному миру и безопасности, провокатором ядерной войны. Также утверждается, что годы плохого управления экономикой довели Северную Корею до ручки, а её граждане, в лучшем случае, заключенные, голодают и угнетаются беспощадным диктатором.

В то время как многие люди охотно повторяют антикорейские штампы – «военизированное государство», «королевство-отшельник», «страна-пария» - они должны признать, что их знания о Северной Корее, основанные на карикатурах, щедро распространяемых СМИ, являются неточными и расплывчатыми. И так было всегда. Ещё в 1949 году Анна Луиза Стронг писала, что «публика мало знает о Корее, а большая часть заголовков скорее искажает, чем открывает факты» 3 . Камингс характеризует сообщения американской прессы о КНДР как «неинформативные, недостоверные, часто преподносимые в виде сенсации», и как лживые, не имеющие никакой образовательной ценности.

Сегодня, как и вчера, у СМИ есть причины лгать о Корее. Вторая мировая война в Тихом океане была, по большей части, войной между экономическими интересами правящих классов США и Японии, и эти интересы включали Корейский полуостров. Япония оккупировала Корею с 1910 по 1945 год, пока не была выдворена восвояси силами корейского сопротивления, одним из вождей которого был Ким Ир Сен, основатель Северной Кореи, а также вступлением Советского Союза в тихоокеанскую войну. После капитуляции Токио, Соединенные Штаты попытались получить контроль над бывшими японскими колониальными владениями, включая и Корею. Революционное государство Кима помешало этим планам. Корпоративный капитал и богатейшие семьи, контролирующие американскую внешнюю политику и СМИ, определили Северную Корею как угрозу своим интересам. КНДР не позволяет ни свободной торговли, ни свободного предпринимательства, ни беспрепятственного движения американского капитала. Если бы ей позволили нормально развиваться, она могла бы явить собой альтернативу навязываемому США неолиберализму, стать примером для подражания, которому могли бы последовать другие страны, моделью для революционеров типа Че, источником их вдохновения. Заголовки новостей врут, а не просвещают, так как Северная Корея идет против интересов тех, кто эти заголовки придумывает.

Моя перспектива не совпадает с той, которой придерживаются банкиры, инвесторы, богатые семьи – те, кто определяют заголовки СМИ. Я против того, чтобы подчинить Северную Корею, против санкций, войны или насильственного разоружения КНДР, и я конечно против того, что Джон Болтон, посол США в ООН, однажды назвал политикой Вашингтона в отношении Северной Кореи. Когда корреспондент «Нью-Йорк Таймс» спросил его о том, что представляет собой американская позиция по КНДР, Болтон «потянулся к книжной полке, снял увесистый том и хрястнул им по столу. Это означало «конец Северной Кореи»». «Это и есть наша политика» - сказал Болтон 4 . Я не верю в то, что Ким Чен Ир сумасшедший. Обвинение в невменяемости призвано оправдать идиотское утверждение о том, что КНДР угрожает миру. Такой угрозы нет. Единственная угроза, которую представляет Северная Корея, это угроза для американского стремления господствовать на всем корейском полуострове.

Довоенные корни конфликта
Япония захватила Корею в 1910 году. В последовавшие за этим тридцать пять лет, Корея стала источником огромных прибылей для японских промышленников и финансистов, высасывавших кровь и причинявших страдания корейцам. Множество корейцев и кореянок были насильственно вывезены в Японию в качестве рабочей силы или для исполнения роли сексуальных рабынь, которых называли «женщинами для удобства». Но японцы не могли господствовать на полуострове в одиночку. Им помогали богатые корейские землевладельцы и промышленники, которые, преданно отслужив своим японским хозяевам, впоследствии перешли на службу к американским оккупантам, заняв ключевые посты в правительстве Южной Кореи.

Хотя Перл-Харбор ознаменовал начало вооруженной борьбы между Японией и США, обе страны соперничали между собой ещё задолго до японской атаки на Перл-Харбор. Оба государства стремились установить своё господство над странами Тихоокеанского бассейна, обезопасить свои богатства на монопольной основе. Токио проводил агрессивную и экспансионистскую внешнюю политику, пытаясь силой оружия выдворить из региона другие империалистические державы. Соединенные Штаты, уже господствовавшие на Филиппинах, Гавайях, в Самоа и Гуаме, искали пути для своих инвесторов и экспортеров в Китай. Так как обе стороны стремились к доминированию в регионе, вооруженный конфликт между ними становился неизбежен.

С формальным началом войны перед Вашингтоном открылась соблазнительная перспектива. В случае поражения Японии её колонии отойдут к США, возможно не как колонии, но в качестве территорий, на которых американский голос будет решающим. Другими словами, успешное окончание войны сулило США всё, к чему они стремились весь довоенный период.

Сразу же после Перл-Харбора, Государственный департамент стал носиться с идеей установления послевоенного попечительства над Кореей. Споры шли вокруг вопроса, предоставит ли попечительское соглашение Вашингтону достаточно влияния на корейские дела. Идея установления многостороннего попечительства над Кореей была представлена Британии и Франции в 1943 году, но была отклонена ими, из опасений, что такое соглашение ослабит их собственные империи.

Раздел, инициированный Америкой
Не корейцы разделили свой полуостров по 38-ой параллели. Это были американцы. 10 августа 1945 года, два дня спустя после того, как СССР вошел в северную часть корейского полуострова, два американских полковника, Дин Раск и Чарльз Бонистил, получили приказ поделить Корею на две оккупационные зоны: американскую и советскую. Они выбрали 38-ю параллель в качестве разделительной линии. Это давало Соединенным Штатам контроль над столицей - Сеулом. Советы приняли раздел, потребовав установления советской оккупационной зоны на севере Японии, после капитуляции Токио. США отказались.

Правительство, организованное корейцами для корейцев, расположенное в Сеуле, возникло в течение нескольких недель после капитуляции Японии. Оно назвало себя Корейской народной республикой, рожденной из Комитета по подготовке корейской независимости и из Народных комитетов в сельских районах. Несмотря на свои претензии на звание главного защитника демократии, США отказались признать правительство и стали активно противодействовать его деятельности. Для американцев Корейская Народная республика представляла две угрозы: 1. Была неподотчетна Вашингтону. 2. В ней было сильно влияние коммунистов.

Вместо того, чтобы позволить новому национальному правительству работать, Соединенные Штаты установили в Корее то, что они планировали ещё в 1943 году – американский военный оккупационный режим. Правительство, стоявшее у власти до 1948 года, не имело поддержки местного населения, которое устало от иностранной оккупации и хотело жить в независимой, единой Корее, а не в искусственно разделенной стране, в южной части которой иностранная держава осуществляла режим оккупации, стремясь при этом распространить свою власть на всю территорию.

Непрошенные гости
Через три месяца после начала оккупации американский военный губернатор, генерал Джон Ходж, отметил тот факт, что возмущение против США растёт, и что южнокорейцы хотят независимости, и не когда-нибудь, а прямо сейчас. «Определение «проамериканский»» - сказал он – «стало звучать так же, как «прояпонский», «про-предательский», «про-коллаборционистский»». Но антиамериканские чувства корейцев хотя и вызвали сожаление, но были проигнорированы. Юг Кореи являл собой плодородную почву для прорастания идей коммунизма – и об этом предостерегал Ходж. Кроме того, все больше и больше корейцев с надеждой смотрели в сторону Советского Союза.

Взгляды, аналогичные ходжевским, высказывал и друг президента Гарри Трумэна, Эдвин Паули. Трумэн послал Паули в Корею в 1946 году, чтобы тот посмотрел, что там происходит, и сообщил ему. Паули был встревожен. Коммунизм «может победить здесь с большей вероятностью, нежели в каком-либо другом месте» - сообщал он Трумэну. В отличие от Советов, которые должны были пройти через болезненный период индустриализации, чтобы построить промышленность в отсталой крестьянской стране, возглавляемые коммунистами Народные комитеты могли экспроприировать построенные японцами заводы, железные дороги, общественную инфраструктуру и освоенные природные ресурсы, и поставить все это на службу всему народу. Индустриализованная экономика в руках коммунистов может послужить основой для строительства социализма, но, что ещё ужаснее, американские инвесторы могут лишиться доступа к богатейшим ресурсам. Что было толку вышибать японцев, если самим нет никакой возможности пользоваться плодами войны?

Японский колониализм без японцев
Соединенные Штаты посвятили первый год своей оккупации подавлению местных Народных комитетов. Ходж рекрутировал корейцев, служивших в Японской Имперской Армии, и послал их учиться на офицерские курсы английского языка. К 1948 году южнокорейская армия была готова – в неё входило 6 дивизий, возглавлявшихся, все до единой, офицерами, служившими у японцев. Один из офицеров, Ким Сок-вон, был в своё время назначен Хирохито для подавления корейских повстанцев в Манчжурии. Ходж также создал полицейские силы, 85% которых составляли бывшие служащие колониальной полиции, и послал их на уничтожение правительства созданной на местах Корейской Народной республики. После того, как Муссолини был сброшен в Италии, американцы поставили у власти коллаборациониста, который использовал очень многие из методов Муссолини. Итальянцы называли новый, установленный американцами режим, «фашизмом без Муссолини». Таким же образом, на юге корейского полуострова, американцы установили японский колониализм, но без японцев.

Восстание на юге
И вот разразилось мощное восстание, наряду с возникновением значительного партизанского движения. К концу 1948 года большая часть деревень контролировалась повстанцами, которые обладали широкой народной поддержкой. Они освободили город Ясу и готовили восстания в других городах. Народные комитеты восстанавливались, был поднят северокорейский флаг, и авторитет севера рос. Газета повстанцев звала к переделу земли, к изгнанию японских коллаборационистов с официальных должностей и к объединению Кореи. Хотя американское военное правительство формально признавало право членства в левых организациях, полиция относилась к левым и повстанцам как к предателям, подлежащих аресту и расстрелу. В 1948 году драконовский закон «О национальной безопасности» был использован для репрессий против 200000 корейцев, по обвинению в коммунизме и симпатиях к северу. К 1949 году 30000 коммунистов были брошены в тюрьмы, и 70000 отправлены в концлагеря, которые эвфемистически назывались «лагерями надзора». Юг Кореи по своему преследованию левых напоминал Италию 20-х или Германию 30-х годов. И это сходство постоянно усиливалось.

Подавление восстания было организовано США, которые к этому времени формально утратили контроль над верхушкой южнокорейской армии. Тем не менее, по секретному соглашению, командование над южнокорейскими военными оставалось в американских руках. Даже сегодня, командование армии Южной Кореи в случае войны переходит к Соединенным Штатам.

Вашингтон призывает на службу антикоммунистического бойца
Корейское общество имело жесткую классовую стратификацию, с небольшой элитой землевладельцев, тесно сотрудничавшей с японской оккупацией, и с большим населением бедных крестьян. Соединенные Штаты вмешались в пользу землевладельческой элиты и против большинства народа, стремясь увековечить привилегии богачей.

В отчете ЦРУ от 1948 года отмечалось, что Южная Корея расколота конфликтом между «местным движением за независимость, которое нашло своё выражение в создании Народных комитетов», возглавляемых «коммунистами, основывающими своё право на власть на сопротивлении японцам», и проамериканскими правыми, которые монополизировали богатства страны, и сотрудничали с империалистической Японией.

Учитывая малую популярность правых, нельзя было выставлять их представителей на выборы. Поэтому США стали искать некоммунистических изгнанников, чьё отсутствие в стране позволило им избежать позора коллаборационизма. Яростный антикоммунист Ли Сын Ман был, таким образом, приведен к власти. Ли 40 лет жил в США, получил докторат в Принстонском университете и женился на американке – биография, противоположная таковой Ким Ир Сена, основателя Северной Кореи, который с 30-х годов был выдающимся вождем антияпонского сопротивления.

Камингс пишет, что «почти четыре десятилетия Южная Корея управлялась военными и бюрократами, которые служили тем же самым японским хозяевам, с которыми Ким и его соратники боролись в 30-е годы» 5 .

Великий вождь повстанцев
Ким Ир Сен ненавидел неспособность Кореи оказывать сопротивление иноземным захватчикам. Японцы считали его способным и опасным лидером повстанцев и пошли так далеко, что создали специальное подразделение для охоты за ним. Повстанцы были независимой силой, их вдохновляло стремление освободить корейский полуостров для корейцев, и они не контролировались ни Советами, ни Китаем. Хотя они и отходили нередко на советскую территорию, дабы уберечься от японцев, они получали лишь незначительную материальную поддержку от СССР.

В отличие от американцев, установивших военное правление и подавлявших народные комитеты, Советы предпочитали проводить политику невмешательства в своей оккупационной зоне, позволяя коалиции националистов и коммунистов самой решать свои дела.

В течение семи месяцев было сформировано первое центральное правительство, возникшее из промежуточного Народного комитета, возглавляемое Ким Ир Сеном. Вопреки популярной мифологии, Ким не был «ставленником Советов». Его поддержка и авторитет были завоеваны годами лидерства в партизанском движении и его преданностью делу национального освобождения. На самом деле, Советы никогда особенно не полагались на него.

После восьми месяцев оккупации началась земельная реформа, в процессе которой земля отбиралась у крупных землевладельцев без выплаты компенсаций, но с правом обрабатывать наделы земли наравне с простыми крестьянами или, при несогласии, возможностью переезда на юг. Через год Рабочая Партия Кима стала доминирующей политической силой. Главные промышленные предприятия, бывшие прежде в руках японцев, были национализированы. Коллаборационисты были изгнаны с официальных должностей.

КНДР была провозглашена 9 сентября 1948 года, через 3 недели после образования Республики Корея на юге. К концу года советские войска вышли с территории страны. В противоположность, присутствие американских военных советников и ВС на юге не прекращалось с 1945 года. По сей день до 30000 американских военных находятся на юге полуострова.

Советское влияние в КНДР никогда не было сильным, оно уравновешивалось китайским влиянием. Количество советских консультантов в 1947 году не превышало тридцати. Участие корейских повстанцев в гражданской войне в Китае на стороне Мао способствовало укреплению связей между двумя странами.

И напротив, Республика Корея управлялась японскими коллаборационистами, компрадорской элитой и президентом, ставленником Вашингтона и яростным антикоммунистом, прибывшим в Корею спустя сорок лет иммиграции. Привлекательность Ли для США носила двойной характер: 1. Он не носил клейма коллаборациониста, и потому больше других правых кандидатов устраивал корейцев. 2. Его антикоммунистическая позиция была непоколебима. Соединенные Штаты просто унаследовали от Японии статус хозяина, задействовав Ли в качестве своего ставленника – в духе американского империализма, стремящегося осуществлять господство через местные элиты.

Корейская война (1945-53)
Конвенциональные историки считают 1950-й годом начала Корейской войны. Но когда Хью Дин писал свою историю войны, он назвал её «Корейская война (1945-53)».

«Для американцев» - писал Камингс, которого Дин цитирует в начале книги, - «война началась с удара грома в 1950 году. Для корейцев она началась в 1945 году». В этом году пришли американцы и начали душить новорожденное местное правительство 6 .

Обе стороны хотели войны, но по различным причинам. Для севера война была просто следующим шагом в борьбе за независимость и освобождение от иностранного ярма. Война началась в 1945, когда американцы высадились в Инчоне и начали подавлять только что возникшую Корейскую Народную Республику. Можно сказать, впрочем, что война началась в 1910 году, с японской колонизацией. В 1945-м году просто сменился оккупационный режим. Для юга целью войны являлось нанесение удара по северу, возвращение к власти старых элит, отстраненных Ким Ир Сеном, и превращение всего полуострова в американскую колонию.

Обе стороны совершали рейды через искусственную линию демаркации, нарисованную американцами и принятую Советами – 38 параллель. Но будет абсурдом утверждать, что такие рейды являлись нарушением международно-признанной границы. Могли ли корейцы совершать агрессию против Кореи?

Ричард Строукс, британский министр труда, отмечал этот абсурд в письме к Эрнесту Бивену:

«В своей гражданской войне, американцы никогда бы не потерпели ни на одну минуту установления демаркационной линии между Севером и Югом, и можно не сомневаться в той реакции, которая последовала бы, выступи британцы на стороне Юга. Аналогия весьма подходящая в данном случае, ввиду того, что конфликт в Америке был не просто столкновением двух групп американцев, но схваткой двух экономических систем, так же, как и в случае с Кореей»

Конфликт происходил между двумя системами, одна из которых, существовавшая на юге, увековечивала власть богатства и узкого круга землевладельцев, компрадоров и японских коллаборационистов, а другая, существовавшая на севере, проводила далеко идущие реформы на благо большинства народа. Но нельзя, все же, сводить всю суть конфликта лишь к столкновению двух экономических систем. Это был ещё и конфликт между национальным освобождением и неоколониализмом.

С вступлением войны в новую фазу, после вторжения северных войск на юг, Ким Ир Сен призвал к восстановлению Народных комитетов. Силы севера не встречали народного сопротивления. С падением Сеула Народный комитет был сразу же реформирован и его возглавили представители юга. Народные комитеты возникли повсюду, как и за пять лет до этого, и занялись проектом радикальной земельной реформы.

Освобождение юга продлилось недолго. Воспользовавшись тем, что Советский Союз бойкотировал ООН в связи с её отказом предоставить красному Китаю место в Совбезе, Соединенные Штаты добились согласия ООН на «полицейскую акцию». К 1953-му году около 3 миллионов корейцев стали жертвами войны, и все строения выше одного этажа на севере были сровнены с землей американскими бомбами. Спасшиеся от бомбежек люди жили в пещерах и землянках.

Важно отметить, что бомбежки гражданского населения являлись характерной чертой военной тактики империалистических держав и , со времени Второй мировой войны, Соединенных Штатов. Первым существенным применением этой тактики можно считать бомбежку лейбористским правительством Британии иракских деревень в 1924-м году 7 . Воздушная атака нацистов на испанский город Герника в 1936-м году положила начала массовым бомбардировкам гражданского населения, которые широко использовали Германия, Англия и США. После Второй Мировой войны США сбросили тонны бомб на гражданские объекты. Во время «полицейской акции» в Корее американцы обрушили на население этой страны больше взрывчатки, нежели было сброшено в Европе за весь период Второй Мировой войны. А напалма американские самолеты сбросили в Корее больше, чем позже во Вьетнаме.

Противостояние застопорилось в районе 38-ой параллели, и было достигнуто соглашение о прекращении огня, но перед этим Соединенные Штаты разрушили ирригационные дамбы, обеспечивавшие до трех четвертей сельхозпродукции севера – страшное военное преступление. Формально завершение конфликта так и не было объявлено - США и север технически остаются в состоянии войны. Пхеньян многократно добивался от Вашингтона согласия на нормализацию отношений, но его мирные инициативы либо отвергались (известны слова Колина Пауэлла, сказанные им северокорейцам в 2003 году: «Мы не заключаем пакты о ненападении и тому подобных вещей» 8 ), либо игнорировались.

Экономический рывок Северной Кореи
Если не считать годы войны и три года послевоенного восстановления, Северная Корея развивала свою экономику более быстрыми темпами, чем южная, в период с 1940-х по середину 1960-х годов. Че Гевара был так поражен во время своего визита, что объявил КНДР образцом для Кубы.

Промышленность Северной Кореи прирастала ежегодно на 25% в послевоенное десятилетие, и на 14% в год с 1965 по 1978 год. Официальные лица в США проявляли большую озабоченность состоянием южнокорейской экономики, которая далеко отставала от северокорейской, что ставило под сомнение достоинства вашингтонского прокапиталистического, правого, неоколониалистского проекта для Кореи. К 1980 году Пхеньян, столица КНДР, был одним из наиболее хорошо управляемых, эффективных городов Азии. Сеул, с другой стороны, был городом трущоб и потогонных производств, перед которыми бледнели картины, нарисованные Данте и Энгельсом.

Стремясь представить экономику Юга в лучшем свете относительно Севера, Вашингтон позволил Сеулу провести впечатляющую программу промышленного планирования, защитив её стеной из тарифов и субсидий, и, в то же время, предоставил южнокорейским товарам доступ на мировой рынок. Огромные средства были вложены в страну. Япония предоставила грантов и займов на 800 миллионов долларов, в качестве компенсации за 35 лет колониализма, в то время как весь экспорт Южной Кореи составлял 200 миллионов долларов. А в награду за 50000 тысяч южнокорейских солдат, воевавших и погибавших во вьетнамской войне на американской стороне, Вашингтон заплатил миллиард долларов в течение 5 лет после 1965 года, что составляло 8% от ВВП Южной Кореи. Южнокорейские фирмы получили американские военные контракты, а Вьетнам потреблял почти весь экспорт южнокорейской стали.

В то же время, Север допустил ряд просчетов. Пхеньян разозлил Советы, поддержав в начале 1960-х годов Китай в советско-китайском конфликте. Москва в ответ прекратила помощь. Хотя советская помощь КНДР не шла ни в какое сравнение с колоссальной помощью США и Японии, оказываемой Южной Корее, она все-таки имела определенный уравновешивающий эффект, и ей прекращение замедлило экономический рост. Кроме того, в 1970-е годы Пхеньян влез в большие долги, приобретая западные заводы под ключ.

В результате южнокорейского промышленного планирования, политики замены импорта собственной продукцией, высоких тарифных барьеров и потоков помощи из Японии и США, экономика Юга опередила экономику Севера к середине 1980-х годов.

И всё равно, несмотря на замедление темпов развития Севера, разрыв в уровне жизни среднего северокорейца и среднего южнокорейца никогда не был так велик, как хотят нас убедить сторонники Юга. И у Севера есть свои преимущества. В то время как товаров было мало, предметы первой необходимости были доступны по субсидированным ценам. Камингс ссылается на отчет ЦРУ, который признаёт (пусть и со скрежетом зубов) различные достижения Севера: «сердечная помощь детям вообще и сиротам войны в особенности; радикальные изменения в статусе женщины; бесплатное жильё и здравоохранение, профилактическая медицина; уровень детской смертности и продолжительность жизни сопоставимы с таковыми в самых развитых странах, несмотря на недавний голод».

Южная Корея: сильное (фашистское?) государство
На юге Кореи существовали сильные левые, антиколониальные, антиимпериалистические движения, так же как и на севере. Единственная разница состояла в том, что на севере Советы дали этим движениям расцвести и развиться в государство, а на юге США и их марионетки активно подавляли все прогрессивные элементы. Фактически, политическая история послевоенного юга Кореи может рассматриваться как постоянное подавление левых сил, теми же методами, какими Муссолини в 1920-х и Гитлер в 1930-х годах действовали против любого вызова слева.

Ли Сын Ман был вынужден бежать, после того, как студенты и профессора восстали в 1960-х. После этого были проведены выборы по западному образцу. В то время северокорейская экономика развивалась намного успешнее южной, и Ким Ир Сен призывал к конфедеративному объединению Кореи. Его предложение встретило широкую поддержку на юге, и левые силы снова почувствовали себя на подъёме, угрожая существованию коллаборационистского, проамериканского, неоколониального режима.

Год спустя Пак Чон Хи организовал военный переворот, чтобы вывести левых со сцены, установив тридцатилетнюю диктатуру, дабы сохранить юг для экономической системы, поддерживаемой США и компрадорскими классами. Выбранное правительство умоляло США остановить путчистов, но его зова о помощи никто не услышал. Вместо того, чтобы вмешаться, Вашингтон немедленно признал новый военный режим и предоставил ему огромную помощь.

Пак запретил всякую политическую деятельность, разогнал парламент и стал проводить политику свирепого антикоммунизма. Был принят антикоммунистический закон, и все социалистические страны, особенно Северная Корея, были объявлены враждебными государствами. Антикоммунизм режима был так силен, что цензура заставила убрать все фотографии Ким Ир Сена, напечатанные в международном издании журнала «Тайм». В то же время, в школах проводилась кампания антикоммунистической индоктринации будущих поколения против КНДР и идей коммунизма. Северная Корея, её система, и политические лидеры подвергались демонизации.

«Нью-Йорк Таймс» писала в 2005 году о южнокорейцах, работавших вместе с северокорейцами в принадлежащем Южной Корее промышленном парке в Кайсонге:

«Некоторые южнокорейцы говорили, что у них могут возникнуть проблемы в совместной работе с северокорейцами…из-за резко антикоммунистического характера южнокорейского образования, десятилетиями внушавшего им, что жители Северной Кореи являются злом и представляют опасность. В Северной Корее, напротив, правительственные образовательные программы учили, что хотя правительство Южной Кореи и является американской марионеткой, её народ – это братья и сёстры» 9 .

На Севере всё время подчеркивалась общественная солидарность с южными соотечественниками, она была так же важна, как и бесплатное жильё, образование и женское равноправие. На Юге не было ни доступного здравоохранения, ни системы социального обеспечения, а рабочая неделя была самой длинной в промышленно развитом мире, зарплаты были нищенскими и, помимо этого, постоянно насаждался культ страха и ненависти к северокорейским соотечественникам. На Севере землевладельцы и прислужники японской оккупации давно были вычищены с официальных должностей, а на Юге класс коллаборационистов все также находился у власти. В январе 2005 года Но Мун Хён, президент Республики Корея, жаловался на то, что Юг оказался неспособен освободиться «от исторической аберрации, заключающейся в том, что семьи тех, кто боролся за независимость, были обречены на нищету в течение трёх поколений, в то время как семьи тех, кто обслуживал японский империализм, вот уже три поколения как наслаждаются успехом» 10 .

Экономические проблемы Севера
Коллапс экспортных рынков Севера после распада социалистического блока, серия природных катаклизмов, непрекращающееся экономическое удушение со стороны Вашингтона, а также необходимость отвлекать огромные ресурсы на оборону, существенно ослабили экономику КНДР в период после падения Берлинской стены.

При Горбачеве Советы стали проводить внешнюю политику, направленную на приспособление к Соединённым Штатам. Важной частью такого приспособления стала сдача старых союзников. Советская торговля с Северной Кореей сократилась на половину с 1988 по 1992 год, а поставки нефти существенно упали в 1991 году.

В результате подрывной горбачевской политики, разрушавшей экономику социалистических стран, социалистический блок был ввергнут в хаос и, в скором времени, исчез. Экспортные рынки Севера иссохли, и Пхеньян лишился иностранной валюты, необходимой для импорта угля и бензина. Из-за нехватки топлива пострадали такие отрасли, как сельхозмашиностроение и химическая промышленность. Из-за кризиса химической промышленности пострадало производство удобрений. Тяжёлый удар получило производство сельхозпродукции, и нехватка продовольствия превратилась в серьёзную проблему, усугубляемую серией наводнений и засух в середине 1990-х годов.

Отрезанная от экспортных рынков – проблема эта усугубилась сегодня санкциями Совбеза ООН и маневрами Вашингтона по изоляции Северной Кореи от мировой финансовой системы – КНДР стала главным экспортером баллистических ракет, дабы заработать необходимую для импортных закупок валюту.

С сельхозмашиностроением и заводами, работающими вполоборота, Пхеньян боролся за то, чтобы соответствовать требованиям создания надежной защиты от непрекращающихся угроз со стороны США. Пентагон поставил ядерное оружие на юг Кореи после 1953 года, накапливая его на случай эскалации конфликта в регионе. Десятки тысяч американских военных находились на корейском полуострове и ещё десятки тысяч располагались в соседней Японии, в полной готовности при необходимости вторгнуться на территорию Кореи. Американские военные корабли патрулировали приграничные воды, ядерные бомбардировщики практиковали симуляционные полеты вблизи воздушных границ КНДР, а шпионские планеры проникали в воздушное пространство Северной Кореи.

Конец Холодной войны привел к возрастанию угроз. Колин Пауэлл, в те времена главный военный Америки, жаловался, что у него исчезли все демоны и злодеи. Он переключился на Кастро и Ким Ир Сена. Под давлением беспрестанных угроз со стороны США, Пхеньян был вынужден направить сокрушительные для своего бюджета 30% на оборону.

Ядерный кризис 1993 года
В 1987 году Северная Корея построила 30-мегаватный ядерный реактор в Йонбене. Идея состояла в том, чтобы заменить атомной энергией импортируемые уголь и нефть, сделав упор на большие запасы урана в КНДР. Южная Корея и Япония тоже строили атомные реакторы, стремясь уменьшить зависимость от внешних поставок энергоносителей. В течение пяти лет никто в Вашингтоне не выражал озабоченности – до тех пор, пока Советский Союз выступал на сцене в роли главного демона, оставляя КНДР и Кубе ждать своей очереди на попадание в галерею злодеев Колина Пауэлла. Оба государства отныне должны были обеспечивать предлог, необходимый для продолжения денежных вливаний в американские ВС, с целью сохранения прибылей корпоративных титанов военной индустрии, банкиров и богатейших семей.

«Для американцев» - писал Камингс – «ядерный кризис на корейском полуострове разразился в марте 1993 года, когда Пхеньян объявил о выходе из «Договора о нераспространении». Но для северокорейцев он начался в феврале 1993 года, когда Ли Батлер, глава Стратегического командования США, объявил о перенаправливании ракет, прежде направленных на СССР, на Северную Корею».

Тревога Пхеньяна возросла после того, как Джеймс Вулси, директор ЦРУ, объявил Северную Корею самым серьёзным беспокойством для Вашингтона. Дела не стали лучше после того, как в марте десятки тысяч американских солдат приняли участие в военных играх вдоль северной границы, при поддержке бомбардировщиков Б-1 и Б-52, а также кораблей с ядерными ракетами на борту. Именно тогда Пхеньян решил, что если он становится новой внешнеполитической головной болью для Вашингтона, то ему будет лучше выйти из «Договора о нераспространении», и думать о том, как отвратить США от проведения ядерного удара.

Вашингтон немедленно засел за работу, стремясь подорвать планы Пхеньяна. Так же как Израиль в 1981 году нанёс удар по атомному реактору в иракском городе Осирак, чтобы лишить режим Саддама доступа к созданию ядерного оружия, Соединенные Штаты стали нацеливать бомбардировщики и крылатые ракеты на установку в Йонбене. Север не только отлучался от возможности получать топливо, необходимое для запуска атомного реактора, но и планы Пхеньяна по уменьшению своей зависимости от поставок энергоносителей тоже получали серьёзный удар. Одним ударом достигались сразу две цели: 1. Северная Корея ослаблялась экономически. 2. Пхеньян лишался эффективных средств самозащиты.

Но маловероятным представлялось то, что КНДР пассивно отреагирует на разрушение своего реактора. В этом была проблема. Север наверняка бы нанес ответный удар. Имея мощную артиллерию, расположенную вдоль 38-ой параллели, он не только был в состоянии разрушить юг, но также и нанести серьёзные потери 40-тысячному контингенту американских войск, расположенных в Республике Корея.

В последний момент кризиса удалось избежать, когда бывший президент США Джимми Картер полетел в Пхеньян чтобы договориться с Ким Ир Сеном. Договор, получивший название «Рамочного соглашения», предусматривал возвращение КНДР в «Договор о нераспространении» и прекращение работы реактора в Йонбене, в обмен на установление нормальных отношений с США, строительство двух легководяных реакторов и, в промежуточный период, поставки топлива для сокращения энергозависимости Северной Кореи.

Хотя все эти меры выглядели как прочная основа для установления долгосрочного мира, на самом деле Согласительные рамки были не более чем передышкой. У Вашингтона не было никакого интереса искать modus vivendi с Северной Кореей. Американские политики были убеждены, что крушение северокорейского антиимпериалистического проекта под давлением санкций, исчезновения экспортных рынков и увеличения оборонных затрат – есть вопрос всего лишь нескольких лет. Согласно прогнозам ЦРУ, КНДР оставалось жить максимум до 2002 года 11 . При должном терпении американской стороне и вовсе не придется выполнять свою часть договора.

Махинации Вашингтона были преданы огласке в газете «Нью-Йорк Таймс»:

«Вера в то, что экономика Северной Кореи находится в состоянии коллапса, способствовала формированию образа мыслей Белого дома в 1994 году, когда он пообещал поставить КНДР два легководяных реактора к 2003 году в обмен на возвращение Пхеньяна в Договор о нераспространении. Старшие советники администрации Клинтона в частных беседах говорили, что в те времена они не ожидали, что правительство Кима будет существовать к тому времени, когда Соединенным Штатам надо будет расплачиваться с ним по векселям» 12 .

Но часы неумолимо отсчитывали время, приближая договоренную дату завершения работ по реакторам, а Рабочая партия Кима, вопреки всем ожиданиями, всё ещё находилась у власти, и никаких признаков скорого коллапса не ощущалось. Понимая, что крушения Севера не предвидится, Вашингтон просто-напросто придумал для себя выход из положения. Американские политики заявили, что Пхеньян тайно, в нарушение договора, развивает свою ядерную программу, и поэтому соглашение должно считаться недействительным. Поставки топлива, единственное обязательство по договору, которое США выполняли, были прекращены, Северная Корея была ввергнута в новый энергетический кризис, и открытие реактора в Йонбене стало совершенно необходимым.

Политика США остается прежней
Не видя ожидаемого коллапса КНДР, Соединенные Штаты прибавили жару, взяв на вооружение кое-что из опыта Холодной войны. Роберт Макнамара, президент «Форда» и министр обороны в администрациях Кеннеди и Джонсона, учил, что вашингтонский анализ советских возможностей в послевоенные годы подразумевал три основные цели Москвы, в порядке убывания их важности: 1. Перестройка экономики, ориентированной на войну. 2. Реконструкция сильно ослабленной армии для защиты от угроз со стороны капиталистического мира. 3. Нахождение друзей в Восточной Европе и в Третьем мире.

Если Вашингтону удастся заставить Советы сделать вторую цель самой важной, важнее первой, то советский марш по пути к коммунизму будет остановлен. Экономическое развитие замедлится, советские люди лишатся иллюзий, а приверженность марксизму-ленинизму ослабнет в самом Кремле. Ключом к решению проблемы становилось подстегивание военной угрозы, втягивание Советов в эскалацию гонки вооружений и создание серьёзных трудностей в советской экономике, что в конечном итоге должно было привести к крушению всего советского проекта 13 .

После 11 сентября 2001 года Вашингтон объявил войну против «Оси зла» - Ирака, Ирана и КНДР. Северная Корея была включена в ось в последний момент, по словам бушевского спичрайтера Давида Фрума, потому что администрация Буша хотела дать Пхеньяну «почувствовать сильную руку» 14 . Чтобы усилить давление, Пентагон разработал новую ядерную стратегию, которая предусматривала нападение на неядерные государства, и оставляла право на нанесение превентивного ядерного удара. Северная Корея была взята на карандаш. Кроме того, Джон Болтон, в то время заместитель госсекретаря по контролю над вооружениями, использовал американское вторжение в Ирак для вынесения предупреждения КНДР, Ирану и Сирии, заявив, что они «должны извлечь правильный урок» 15 . Соединенные Штаты проводили политику обновленного, бесстыдного империализма, и КНДР должна была либо капитулировать, либо быть начеку.

Феликс Грин отмечал, что публично анонсированная политика США всегда была направлена на разрушение революционных движений. Соединенные Штаты проводили эту политику путем наложения эмбарго и давлением на другие страны с целью заставить их это эмбарго выполнять. США вооружает и финансирует врагов коммунистических государств, атакует их границы, угрожает им ядерной войной и обрушивает на их население потоки антисоциалистической и антикоммунистической пропаганды. Америка не жалеет усилий для подрыва любых попыток социалистических стран построить независимые и процветающие общества, свободные от эксплуатации; она блокирует товары, идущие в эти страны; и вынуждая их нести огромные оборонительные расходы, она выставляет постигшие их экономические трудности в качестве имманентных недостатков революционного социализма 16 .

Продукт своей истории
Северная Корея является продуктом своей собственной истории: японской колонизации, партизанских войн 1930-х годов, попыток объединить страну и выставить оккупационный режим с юга, геноцида, устроенного Соединенными Штатами под флагом ООН в 1950-е годы и своей ежедневной борьбы против американского империализма за выживание, особенно обострившейся вследствие крушения Советского Союза и усиления претензий США на мировое господство. Северная Корея боролась и борется именно за те ценности, которые столь дороги сердцам левых: экономическая справедливость, права женщин, свобода от иностранного господства. Но на протяжении всего своего пути она наталкивалась на упорнейшее сопротивление Соединенных Штатов, зачастую оказываясь в этом столкновении без всякой поддержки, а то и перед лицом открытой враждебности, со стороны большей части левых сил в развитых капиталистических странах.

Для многих левых КНДР является недостойной уважения и отталкивающей, её провалы, как реальные, так и воображаемые, не находят в левой среде понимания и рассматриваются как имманентно присущие её политической и экономической системе, без учета внешних обстоятельств. Инсинуации, постоянно выливающиеся на эту страну, отлично уживаются с давними предрассудками. Недавно Пхеньян был обвинен в торговле наркотиками и в изготовлении фальшивых денег, что вполне соответствовало статусу КНДР, который ей присвоили западные СМИ. Неясно, правдивы ли эти обвинения или нет. Может быть они и правдивы, но они всегда рассматриваются вне контекста и без учета того, что их источник (правительство США) далек от того, чтобы считаться надежным.

Рассмотрим контекст. Если вы не позволяете человеку зарабатывать деньги законным образом, у него может не остаться выбора, кроме того, чтобы прибегнуть к незаконным способам заработка. Усилиями США Северная Корея отрезана от законной торговли с остальным миром, и этот факт вполне мог толкнуть Пхеньян к наркоторговле и изготовлению фальшивых денег как к способам выживания. С другой стороны, очень просто окружить страну кольцом отчуждения, навесив на неё ложные обвинения. Обвинения и проклятия, выдвигаемые Белым домом, постоянно и беспрепятственно ретранслируются мировыми СМИ. Таким образом, они становятся непреложными истинами. Вашингтон мог выставлять заведомо абсурдные претензии о наличии в Ираке ОМП, несмотря на многолетние инспекции, и эти претензии рассматривались как не подлежащие сомнению комментаторами, как справа, так и слева, в процессе подготовки вторжения в Ирак. То, что эти претензии впоследствии были признаны ложными – это слишком мало и слишком поздно. Превращение Северной Кореи в уродливое, презираемое обиталище страхов и ужасов, о котором ни один вменяемый человек не может молвить ни единого доброго слова, является строгой компетенцией вашингтонских мастеров пропаганды. Неумение и нежелание признать то, что любое правительство, которое бросает серьёзный вызов капитализму или империализму, будет подвергнуто жесточайшей кампании поношения со стороны «уважаемых» источников и «серьёзных» комментаторов, делает человека крайне уязвимым перед манипуляторами.

Общие интересы
Понятно, почему борьба Северной Кореи за независимость и экономические права наталкивается на сопротивление внешней политики США, формируемой их имущими классами. Здесь речь идет о несовместимости интересов. Но не существует сопоставимого столкновения интересов между Северной Кореей и большей частью граждан развитых капиталистических стран. Равнодушие, а то и открытая враждебность, исходящие от большей части левой в этих странах, требуют объяснений.

Патриотическая интоксикация и отсутствие классового сознания – идея, что у нас есть больше общего с собственными правящими классами, нежели с корейцами, борющимися за независимость и экономическую справедливость – дают часть ответа. Также играет роль всегдашняя готовность лидеров умеренной левой обменивать принципы на голоса и респектабельность, жертвовать фундаментальными целями ради сиюминутной выгоды.

Частью объяснения является невежество в отношении истории и политической системы Севера, но также очень важны и эффекты, вызванные политикой запугивания, санкций и экономического удушения, проводимой Соединенными Штатами, чтобы положить конец независимости КНДР. Это очень неприятно, когда мало еды, когда надо служить в армии в течение значительного времени жизни, когда все время живешь под дамокловым мечем ядерной угрозы – но все эти тяжелые условия не являются добровольно выбранными корейцами. Эти условия были навязаны извне в качестве наказания за стремление к чему-то лучшему, чем то, что может предложить колониализм, капитализм и империализм. За это стремление к высоким идеалам общественной жизни Северная Корея уже заслуживает, по крайней мере, определенного нашего понимания.

Понятно, почему Че Гевара и другие революционеры считали Северную Корею 1960-х, 70-х и даже 80-х примером для вдохновения. Возникнув из утробы партизанских войн 1930-х годов, Север боролся с двумя империализмами. Он победил Японию и сдерживает натиск США. Ему удалось построить, несмотря на непрекращающуюся враждебность Америки, социалистическое общество, которое двигалось к коммунизму. Страна предоставляла бесплатное медицинское обслуживание, образование, доступное жилище, провела радикальную земельную реформу, осуществила женское равноправие, а её промышленность опережала промышленность юга. Напротив, колония, которую Вашингтон создал для себя южнее 38-й параллели, представляла собой множество потогонок, напоминавших об Англии времен промышленной революции. Люди жили тяжко, в нищете, без уверенности в будущем, ведя постоянную борьбу с военной диктатурой, поддерживаемой США и позорно походившей на фашистские режимы Европы 1920-30-х годов.

Вдохновился бы Че сегодняшней КНДР – обнищавшей страной, ведущей борьбу с голодом? Вполне возможно. Ибо изменились только обстоятельства, но не причины, которые вдохновляли. Задачи, поставленные Северной Кореей для себя – суверенитет, равенство, социализм – стали сегодня, в результате потока контрреволюции, захлестнувшего Восточную Европу, СССР и отчасти Китай, многократно более сложными для достижения, требующими огромной самоотдачи и боли.

Разочаровался бы Че в Северной Корее из-за того, что трудности, стоящие перед ней, выросли в десятки раз? Я так не думаю. Революционер считает, что лучше умереть стоя, чем жить на коленях. Северная Корея никогда не жила на коленях. Я думаю, Че бы это понравилось.

Оригинал находится на: http://gowans.blogspot.com/

Перевод Ильи Иоффе

И ещё почитайте тут, с фотографиями :)

http://communist.ru/root/archive/world/koreyskie.zapiski

Ничего себе так статейка. Едва осилил.
Мда, печально там живется... Жалко их.

Во многом им можно позавидовать. Они счастливы и довольны жизнью. У их общества нет таких пороков, как у нас.

А их беды окончатся вместе с гегемонией США в мире.

Да, таких может пороков как у нас - у них нет, но наши люди САМИ виноваты в том что в нашей стране много неприятностей.

Вот только когда это американская гегемония закончится...